В расстроенных чувствах, коря себя за растяпистость и медлительность, зашел в скверик и прилип взглядом к экрану сканера. Метки продолжали удаляться…
На встрече с представителем регионального командования каганата настоял командир северной подгруппы десятник Бахху. Его прямой начальник – младший сотник Табелоу – возражал, аргументируя отказ щекотливостью темы и неудобством места встречи. Но Бахху упорствовал. В результате он добился разрешения действовать по обстановке.
И теперь, спустя полчаса после этого разговора, сам жалел, что настаивал. Представитель каганата принял идею датлайцев довольно прохладно.
– …Да, нам нужны люди, – вежливым и в то же время твердым голосом говорил он. – Но, сэр! Наемники – мусульмане? У нас и так сложные отношения с движением «Эль-Фарид». Они до сих пор не оставили попыток добиться автономии в составе каганата. У нас под боком Харальский каганат, где, как известно, правит бал мусульманское большинство. А вы хотите, чтобы я дал согласие на приезд более чем полутора сотен наемников из Афганистана из Ахалского велаята.[8] Своими руками разжечь межконфессиональную рознь у границы с республикой?!
– Речь не идет о создании большого отряда из мусульман, – поспешил внести коррективы Бахху. – Вы можете раскидать их небольшими группками по три-пять человек по подразделениям. И потом, мы планируем вербовку наемников-христиан. Это картой[9] из Грузии и Армянского сектора.
– А как вы их переправите сюда?
– Через Иран.
– Что ж, – после короткого раздумья ответил представитель. – Этот вариант нам больше подходит. Наемники с Кавказского Языка,[10] Европы, Австралии… Индусы, наконец. Вполне приемлемо. Только не мусульмане. У нас слишком много проблем, чтобы самим создавать еще одну.
Бахху заверил, что заказчик останется доволен, мысленно коря себя за поспешность в суждении и ошибочность в оценке ситуации.
Ему казалось, что каганат, пребывавший далеко не в лучшем положении, не будет возражать против отряда хороших наемников. Однако он не учел один важный фактор. Религиозный. А следовало бы знать и помнить – здесь, на Земле, несмотря на технический прогресс и высокий уровень развития цивилизации, еще существует разграничение по религиозному признаку. Особенно это заметно в азиатской части Евразии.
В завершении разговора Бахху попросил разрешения посетить район границы с Харальским каганатом. Представитель нехотя позволил. Портить отношения с поставщиками оружия и людей он тоже не хотел. И пусть эти люди относительно недавно вышли на орду-улемский рынок, но все же привозят достаточно оружия и боеприпасов. Причем хорошего качества. Пусть, раз хотят, съездят к границе.
И хотя представитель знал, зачем они туда едут, но ни словом не обмолвился о своей догадке.
Бахху вышел от представителя с двойственным чувством. С одной стороны, он провернул сделку по продаже оружия – пулеметов, минометов и большой партии боеприпасов, а также запасных частей. С другой – потерпел неудачу при попытке заключить сделку на поставку наемников. Официальные власти каганата слишком трепетно относились к своему реноме «государственное образование европейского толка» и не хотели, чтобы кто-то или что-то бросило на это реноме тень.
«Ладно. Не хотят они, наемные отряды не побрезгуют. Этим головорезам все равно, кого брать. На границе с Югорской республикой не до религии. Либо ты воюешь, либо идешь к своему Христу или Аллаху».
Еще один вариант трудоустройства мусульманских наемников – предложить их услуги Харальскому каганату. В отличие от восточных соседей там у власти правоверные мусульмане.
Правда, до сих пор у датлайской разведки не было прямых контактов с Харальским каганатом, но ведь надо когда-то начинать?..
И Бахху прямо из отеля, где и была встреча с представителем каганата, вместе со своими людьми поехал к границе. У него было два дела. Первое – встреча с наемниками. Второе – зондирование обстановки и настроений в Харальском каганате.
По пути Бахху, чтобы больше не совершать таких ошибок, вспоминал все, что относится к религиозным течениям вообще и на территории бывшей Русинии в частности.
…Удержав власть в семнадцатом году, Временное правительство, через два года преобразованное в Государственную Думу, в дальнейшем проводило на окраинных территориях приблизительно ту же политику, что и царская Русиния.
Местное население, включенное в состав Русинии, получало некоторые права и массу обязанностей. Следуя выбранному пути, власти не спешили проводить среди казахов, туркмен, узбеков, таджиков, азербайджанцев просветительскую работу. Уклад их жизни вплоть до середины сороковых годов не отличался от уклада двух-, трех- и пятивековой давности.
С другой стороны, государство ускоренными темпами проводило русинизацию окраин. Туда ехали крестьяне, рабочие, инженеры, врачи. Нефть, газ, руды, хлопок – богатства Азии и Востока должны быть в надежных руках.
