- Ни хрена не нормально! Герб, не зли меня, вместе пришли – вместе уйдем. Давай, откручивай гребаную железяку. На спине потащишь, ты же у нас здоровый.
- Минут семь займет, - басит виновато Герб.
- Да хоть десять, ты уже секунд тридцать слил на пустые препирательства.
- Воронов дело говорит. Лезь под капот, а мы прикроем, - в кои-то веки соглашается со мною Том.
И старина Герб полез. Правда не под капот, а под руль, предварительно сняв водительское сиденье. В корнэте была предусмотрена пожарная процедура извлечения сигмы без откручивания и отвинчивания многочисленных запчастей. Мы даже в бытность курсантами тренировались пару раз на этот самый пожарный. Тогда и увидел впервые, как выглядит пространственный двигатель, точнее его макет, выполненный в натуральную величину: небольшой черный чемоданчик весом шестнадцать килограммов. Что находилось внутри – не видел, но со слов всезнающего Нагурова выходило, что ничего интересного. Научный прибор, копаться в котором было столь же захватывающе, как и в обычном моторе.
Самым сложным в процедуре изъятия были не винтики и не как к нему подлезть, а многочисленные контуры безопасности, требующие идентификацию личности, пароли и явки. Тут ошибешься или поторопишься и можешь легко руки лишиться, а то и головы. Поэтому МакСтоун не дергал великана попусту, переключившись на других:
- Второй, держишь улицу, за мною дом.
- А я? - пробасил Авосян младший.
- А ты уже натворил дел, свали и не отсвечивай.
Мохнатые брови парня насупились и Том чуть мягче добавил:
- Брату помоги.
Мы разошлись «по местам», хотя главному специалисту по боевой подготовке Камерону крайне не нравилось такое выражение.
- Запомните, курсанты, место бывает в сортире, где срешь и гадишь, а в армии занял позицию!
- Позицию раком, - пробормотал тогда МакСтоун. Думал, что тихо, но Камерон услышал и продемонстрировал нам в полной мере значение сей позы: десять километров по пересеченной местности в полной выкладке.
Вот я и сидел на позиции, до рези в глазах вглядываясь в пустынный конец улицы. Фоном шумел Герб: щелкая и позвякивая, за стенкой шебуршил МакСтоун. «Напарник» успел изучить первый этаж, поднялся на второй этаж, и теперь сверху осматривал ближайшие окрестности.
На моем горизонте никого нет - один лишь легкий ветерок гонял мусор по занесенной песком улочке: белая бумажка лениво билась то об одну стенку, то о другую. И как они здесь живут, в этакой-то свалке? Еще и жара стоит невыносимая. Благо, сижу укрытый тенью, но даже так дышать нечем, пот периодически заливает глаза.
Хоть бы ветерок подул посильнее. И тот подул, подняв трепыхающуюся бумажку в воздух, а следом швырнул острым песком в лицо, порядком запорошив глаза. Напросился, называется. Открыл веки и не поверил. Снова потер рукой – уже знакомый броневик никуда не делся. Стоял в дальнем конце улицы, словно раздумывая, куда ему ехать.
- Код оранжевый, - говорю негромко. – Вижу Бонди-Джэт, расстояние…
А хрен его знает, какое расстояние: метров двести, может триста - в этом городе явно проблемы с глазомером и ушами. Звуки ведут себя до крайности странно: на открытых пространствах слышимость хорошая, но стоит углубится в дома, и рокот мотора на соседней улице не распознаешь. И это в мертвом городе, где из всех возможных шумов – шелест песка.
- Расстояние… Короче, мужики, он на том же месте: стоит и не двигается.
- Дерьмо! – МакСтоун возник рядом. – Герб, тебе там долго ковыряться?
- Две минуты, - послышалось глухое от великана.
- Две минуты, - вторит басовито Левон.
- Ускоряйся, ускоряйся давай, - бормочет торопливо Том. Авосян ничего не отвечает: ни младший, ни старший. Лишь очередное пиликанье доносится со стороны автомобиля.
«Ну же, чего стоишь, бандура? Нет здесь никого. Один песок и бумажки летают по воздуху», - мысленно твержу фразу, словно заклинание какое. И бандура послушалась! Вдруг тронулась с места и пропала, исчезла с видимого горизонта. Но не успел я обрадоваться, как она показалась вновь: высунула кусок тупорылой морды из-за угла дома. Постояла так, подумала и снова скрылась. Что за странная игра в прятки?
- Бездна, нас нашли, - простонал МакСтоун, - Герб, шевели булками, времени совсем не осталось.
И тут я понял, что за странный маневр совершал неизвестный водитель. Он не в прятки играл, он разворачивал броневик, пытаясь вписаться в узкое пространство улицы.
«Ай-яй-яй, ай-яй-яй», - запричитал внутри паникер, требующий все бросить и бежать прочь. С пистолетиками против крупнокалиберных пулеметов много не навоюешь.
- Герб, миленький, давай же, - не выдержав, бормочу я. А МакСтоуна уже нет рядом: подлетел к автомобилю и там действовал на нервы двум братьям, требуя немедленно все бросить или ускориться до невозможного.
