Мысли о том, что я благодаря Марату могу оказаться в тюрьме постаралась отогнать от себя как можно дальше, в результате, на смену им пришли другие. Я вспомнила, каким он был обходительным, внимательным и заботливым, а воскресенье, которое мы с ним провели на море, было неповторимым и незабываемым, Марат казался надежным человеком, на которого можно было положиться, а еще он так великолепно рассказывал, что я могла его слушать часами.
Сползя с дивана на пол, уткнула лицо в ладони. Марат флиртовал со мной, и мне это нравилось, а еще он не жадный и так улыбался…
— Все, — подскочив на ноги, отправилась на кухню и, включив там телевизор, отыскала музыкальный канал. — Марата в моей жизни больше нет, — запрограммировала себя. — Он негодяй, шантажист, а еще в нем нет ничего человеческого.
Сделав музыку погромче, периодически подпевая то одному, то другому исполнителю, я посвятила себя готовке. Когда и руки и голова заняты, всякие разные мысли, как-то сами собой отступают. А мне не хотелось ни о чем думать, поэтому я пела и готовила.
— Какие чудесные ароматы.
Вздрогнув, выронила из рук нож, которым нарезала лук для овощного салата. Нож полетел вниз, и я в последние доли секунды отскочила. Повезло, нож приземлился на пол, а не воткнулся мне в ногу.
— Аккуратней, — послышалось за спиной.
— Все в порядке, — заверила мужчину, поднимая с пола холодное оружие. — Не слышала, как вы пришли, испугалась. Мойте руки, садитесь к столу, у меня практически все готово.
Споласкивая под холодной водой нож, попыталась припомнить, не завывала ли я под очередную песню в тот самый момент, когда хозяин соизволил вернуться в свою квартиру? Надеюсь, что нет, а то ведь от стыда сгореть можно, я и без того чувствовала, как у меня полыхают щеки. А если он стоял у меня за спиной и какое-то время наблюдал за мной, прежде чем заговорить? Лучше об этом не думать, а на будущее делать музыку потише.
— Как погляжу, ты здесь освоилась, — Игнат Эдуардович сел за стол. — Чем кормить будешь?
— Я борщ приготовила, вы, наверное, первое сегодня не ели?
— Не ел, — подтвердил мои догадки директор. — Только вот пахнет не борщом, а мясом, — и мужчина втянул в себя воздух. — Я еще в подъезде этот запах почувствовал и думал, кому это так сегодня повезло? Оказывается мне.
— Не перехвалите, вы еще ничего не пробовали.
— Готов начать с мяса, — мужчина вооружился вилкой.
— Сначала борщ, — стала настаивать, — потому что после мяса к первому вы не прикоснетесь, и что мне потом с борщом делать, в туалет выливать?
— Это мясо такое вкусное или борщ такой отвратительный? — изогнул бровь Игнат Эдуардович.
— Не попробуете, не узнаете, — стояла на своем. — Я что зря, что ли несколько часов на кухне провела?
— Хорошо, уговорила, — дал свое царское разрешение подавать ему борщ Игнат Эдуардович, меняя вилку на ложку.
Добавив в борщ зелени, поставила полную тарелку перед директором.
— Со сметаной или с майонезом? — спросила, открывая холодильник.
— С майонезом, — протянув Игнату Эдуардовичу майонез, вернулась к нарезке салата. — Бесподобно.
— Что? — обернулась на голос.
— Борщ бесподобный, можно добавки? — мужчина протянул мне пустую тарелку. Ничего себе у него скорость поедания.
— А мясо-то потом в вас влезет? — спрашивая, уже наливала добавку.
— Влезет, — уверенно заявил директор. — Ир, ты сама-то ела?
— Борщ, да, а мясо еще не пробовала, я его перед самым вашим приходом отключила и стала к нему салат нарезать. Игнат Эдуардович, салат маслом заправить или майонезом?
— Ира, — простонал директор, сидя уже у пустой тарелки. — Пока мы с тобой находимся в домашней обстановке, а не на работе, прошу, даже умоляю, давай обойдемся без отчеств.
— Хорошо, — сдалась, хотя и не знала, как я это буду делать, — но я вас, как и прежде буду называть на "вы". — Подбоченившись, решила отстаивать свое право.
— Ладно, — как-то уж очень быстро сдался директор. — Где там твое мясо, доставай, мне не терпится его попробовать.
— Надеюсь, что оно получилось, — открыв духовку, извлекла из него противень.
— А тоже на это надеюсь.
Мясо удалось на славу, я это поняла сразу, как только попробовала первый кусочек, а еще и под овощной салатик, впору было замурлыкать от удовольствия.
— Ирочка, — перестав жевать, глянула на директора.
— Что? — вид у того был более чем несчастный.
— Спрячьте от меня мясо, — взгляд мужчины стал умоляющим. — Я переел, а глаза все еще голодные, а в совокупности с летающим по кухне запахом, руки так и тянутся за очередной порцией. Пожалейте.
Глядя на Игната Эдуардовича хотелось смеяться.
— Вам смешно? — поспешно отведя взгляд в сторону, качнула головой. — Не отрицайте очевидного, мне и самому смешно, но чувствуя, как рука тянется за добавкой плакать хочется.
— Чай будете? — предложила. Несколько секунд тишины, после чего по кухне разнесся мужской смех.
— Ира, признайся, ты смерти моей хочешь? Ой-е-ей, — Игнат Эдуардович, схватился руками за живот. — Мне даже смеяться тяжело.
— В таком случае идите в комнату, оттуда ваши глаза мясо не увидят, и руки до него не дотянутся, — предложила, как вариант.