- А вот это правильно, - согласился Яр. - Меня другое тревожит, точнее другой: некий персонаж, по имени Марат. Очень уж неоднозначный дядька - судя по повадкам, бывший военный, а может и к спецслужбам отношение имел. Да только нет у бывшего возможностей без проблем, да еще в кратчайшие сроки, добыть "Стрижа". Этот пистолет еще в стадии доработки и не всякий имеет к нему доступ. Так что непрост твой наставник, очень непрост. И это заставляет задуматься.
Ярослав замолчал, молчал и я, не желая отвлекать. Мысль о неоднозначности Марата мне и самому не раз приходила в голову, но для выводов было слишком мало сведений. Немногим больше их и сейчас - про тонкости со "Стрижем" я не знал. Но даже это практически ни о чем не говорило. Оставалась надежда на светлый ум и потрясающую чуйку Яра.
-Так, ладно, - прервал молчание Росич. - Как говорила одна известная героиня: "Я подумаю об этом завтра". Мало вводных для однозначных выводов, так что мне понадобится еще два-три дня, чтобы во всем разобраться. А вы оба сидите здесь и постарайтесь как можно меньше отсвечивать. Надеюсь, за эти дни вас не найдут.
Дальше. Стволы всегда держи под рукой, чтоб в случае чего не скакать точно лошарик. При себе всегда желательно иметь две-три запасных обоймы к "Глоку". Жаль, что убегая с дачи, ты не догадался захватить автомат - дробовик, конечно, мощная игрушка, но только для ближнего боя. Гранат, как я понимаю, тоже нет?
- Откуда? - вопросом на вопрос ответил я. - Не до того было. В спешке хватал только то, что под руку попалось.
- Ну, это-то понятно. Нет, ты все правильно сделал: и что на дачу заскочил, и что слинял оттуда в темпе. Да и вообще, вел себя как опытный диверсант, хорошо тебя Марат обучил - на свою голову. Я только одного не пойму: почему Остап на тебя ментов не натравил? Для этого достаточно просто скинуть информацию нужным людям и все. Тебя, как террориста, даже живым брать не будут, грохнут сразу. И что-то мне подсказывает, что ответ находится в той комнате, - Яр ткнул пальцем в сторону спальни. - Ладно, давай завязывать, пока мозги не закипели. Да и пора мне, засиделся.
- Куда собрался на ночь глядя? - возмутился я. - Оставайся. На диване переночуешь.
- Не могу, мне на заимку пора. Я же здесь лесником работаю: за зверьем присматриваю, браконьеров гоняю. Так что извини, пойду.
И ушел, как всегда не прощаясь, как будто на минуту. Только в прошлый раз эта минута растянулась на десять лет. Надеюсь, в этот раз будет иначе.
Я стоял у двери, не зная, что делать: войти, или же вновь лечь на диван. Наконец, решившись, взялся за ручку, толкнул. Жанна спала, повернувшись к двери спиной, на кровати лежала вторая подушка. Я быстро разделся, нырнул под одеяло, обнял теплое мягкое тело и, уткнувшись лицом в шелковые, пахнущие медом волосы, погрузился в сон.
Глава пятая.
Давно, еще в прошлой жизни, довелось мне увидеть по телевизору "высокоинтеллектуальную" передачу, в которой рассказывалось об изобретении израильских ученых. Простенькая такая таблетка, внешне напоминающая "валидол". Глотаешь ее, и все негативные воспоминания уходят в небытие, как будто их и не было. После смерти жены, я мечтал об этом чудодейственном средстве, чтобы избавиться от той нестерпимой боли, которая немилосердно терзала душу.
Теперь не хочу. Это мои воспоминания, моя боль и добровольно отказаться от них, значит совершить самоубийство. Без них я перестану быть собой. И кто знает, какие именно воспоминания эта химия решит зачистить?
Проснулся я рано - солнце еще не взошло. Жанна спала рядом, прижавшись, словно беззащитный ребенок в поисках укрытия, ее рука лежала поперек моей груди, согнутая в колене ножка на животе. Ночная рубашка сползла, обнажив упругую, тяжелую грудь, увенчанную темно-красным, почти бордовым соском. Меня охватило сладкое томление, захотелось разбудить девушку, снять с нее разделяющую нас преграду, ласкать, пока она не забудется в истоме. Нет! Пусть спит, пусть хоть на время избавится от страха, преследующего в часы бодрствования.
Аккуратно, чтобы не потревожить, сполз с кровати и отправился в горницу. Стакан крепкого чая без сахара сбросил с меня остатки сна. Выглянул на улицу - вчерашнее солнце подсушило дорогу, значит сегодня можно. Я натянул спортивный костюм, кроссовки. Плеер на пояс, наушники. И "Ночной ястреб". Вперед.
Бежалось легко: невесомый, густой, словно кисель, туман не мешал, скорее наоборот, помогал, остужая разгоряченное тело. Тяжелую композицию группы "Черный кофе" сменил Гарри Мур и его "Изображение луны". Здорово, то, что надо. Я добежал до развилки: левая дорога уводила к шоссе, правая в лес. Выбрав правую, я погрузился в густой, многовековой бор.