Или «Церковь оков тяжёлой плоти». Не помню, на чём конкретном зиждется их вера, но вроде бы, что всё зависит от силы духа и физической выносливости и скорости, а не от кожаного мешка с костями и кровью, ведь он — лишь временная тяжесть на твоём пути жизни. В основном носят лёгкие доспехи, которые не сковывают движения, но дают хотя бы минимальную защиту, а в бою используют Воплощения Копья или Лука с Атрибутом Воздуха. В качестве эмблемы изображено древнее животное «бегемот» — мол, несмотря на свои габариты и груды плоти, он всё равно грациозен, словно лань, и девиз под стать — «Порхай словно Бегемот». Двумя словами — странные ребята. Весьма.
Но в народе особую любовь и признание получил другой орден. «Адепты подорожника». Почему? Да потому что это больше лекарский орден, нежели боевой. И основан он целителями и травницами, которые стремились лечить раненых, помогать больным. Наиболее известны тем, что изучают травы и целебные растения после воздействия Предела. На основе своих знаний создают лекарства и зелья. В качестве Воплощения используют Посох с Атрибутом Природы. Но это если говорить об их именно целительском отделении. Так-то есть и боевое крыло. И вот там уже преобладает Воплощение Боевых Перчаток, а Атрибут чаще всего тот же. Девиз у них тоже весьма простой:
Так вот группа таких «белых» была не одна. С десяток точно насчитал. И пока прикидывал, нет-нет, но взгляд возвращался к той девушке. Странное дело, она явно же гильдейская, но стоит отдельно ото всех «своих». Обычно они тоже стараются держаться обособленно, сгруппировавшись. Это мы, «чёрные», частенько сами по себе. Вон и ещё десятка два мальчишек и девчонок с коричневыми воротниками. А вот никого из своего интерната я пока так и не заприметил.
Так, с интересом вертя головой, неторопливо продвигался в выбранную сторону. И даже не сразу осознал, что что-то не так. Сперва ощутил внезапную боль в правой руке, и только потом понял, что как-то незаметно для самого себя шёл, касаясь рукой внутренней стороны той внешней стены-исполина. И тут тоже не ощущал ожидаемой ранее шершавости камня, а была всё та же идеальная гладкость, что и на створке врат. Но дело не в этом. Дело было в лютом холоде, что настолько пробрал руку, что она сперва резко потеряла чувствительность, а затем и вовсе болеть начала. Чуть отпрянув от стены, начал отогревать кисть, растирая и дыша на нее. Какая же интересная стена! Какие же в тебе секреты? Хочется узнать! Но пока, пожалуй, лучше более не буду к тебе приближаться…
А тем временем и путь мой завершился у одного из проходов во внутренней стене.
Я смотрел на него.
Его странный провал вглядывался в меня.
А ведь, как уже говорил, — если смотреть от Врат, проход действительно не очень и заметен. И вот здесь, вблизи, он уже очень выделяется на фоне стены, и становится непонятно:
Обшаривая взглядом его контур, заметил новую интересность — на стене сбоку были выбиты буквы, что складывались в весьма примечательный текст.
Не удержался, коснулся букв и ощутил их на удивление бритвенно острые края на всё той же нереальной гладкости камня стены. Провел рукой и отступил на шаг назад, не желая чувствовать тот пробирающий холод, что уже не так давно испытал и что почти мгновенно снова толкнулся в руку. А буквы-то красивые, затейливо выбитые. Или скорее вырезанные? Но завораживают, затягивают! Если смотреть на них долго, то и вовсе кажется, будто в их основании, в глубине реза что-то светится. Словно крохотные звёздочки вспыхивают. Тряхнул головой, сбрасывая наваждение, вчитался в текст:
Это чего такое? Что ещё за напутствие?
Стараясь не упускать послание из виду, отошёл ещё чуть дальше, но теперь уже сместился на другую сторону — подальше от внешней стены, стараясь не приближаться более к ней. Там остановился, там и решил обдумать прочитанное.
Внимание зацепилось за различия написания слова «путь».
