И нет-нет, но страх не успеть, не суметь добраться до Осколка, возникал внутри неё. От мыслей, что не доберётся, что всё окажется зря, и вовсе бежала. Бежала, но не сдавалась. Гнала их и пробиралась всё дальше и дальше. Куда? В качестве ответа у неё было только одно слово:
Мёртвый город, который при первом восприятии впечатлял своей обширностью и внушительностью, на деле оказался значительно меньше по своим масштабам. Достаточно быстро она добралась до самого его центра. И там обнаружила то, из-за чего и можно употребить «вниз» вместо «вперёд». Перед ней предстала огромная, растянутая до самого горизонта воронка, уходящая тьмой вниз. Спиралевидная, винтообразная — всё применимо к этому архитектурно-природному чуду. Стены этого природного провала опоясывала бесконечная лестница, выбитая неизвестными архитекторами прямо в породе. И по ней Меланита одному Пределу ведомо сколько уже держала путь…
Но постепенно, ступенька за ступенькой, капля крови за каплей, но она продвигалась к чему-то, куда-то. Она искренне надеялась, что нашла ту самую дорогу к глубинам Лабиринта, где сокрыт упомянутый Осколок.
Но дорогу в один конец.
В моменты коротких передышек, что она иногда позволяла себе, глядя на тусклый цвет Ядра, Мела понимала — обратного пути для неё уже нет. Не с этим Ядром. Но собиралась с силами и вновь шла во тьму. Правда, назвать окружающую дымку мраком у неё язык поворачивался с трудом. Более всего картина походила на то же ограничение обзора, что и ранее в стенах верхнего Лабиринта. Но там с подобным положением дел было проще — её лишь пару раз атаковали Насекомыши и всё. Здесь же нападения шли одно за одним.
Сколько и каких видов пауков уже встретила и расчленила, она потеряла счёт. Конечно, если задаться целью, то всё вспомнит и вспомнит в деталях, но зачем?.. Её никогда не интересовали внутренности Зверей несмотря на то, что её жизнь буквально зависела от них. Она знала, как добывать Ядра, что это весьма грязная и кровавая работа, и даже не чуралась её — жить-то хочется! Но интереса в изучении Зверей не имела, исключительно практические знания типа «куда ударить», «где разрезать», «на что надавить». Наверное, со стороны её сознания это была какая-то своеобразная психологическая защита, самоизоляция от Проклятия — Меланита считала виновным не сам Предел, его Силу или Воинов, а почему-то именно Зверей.
И с одной стороны, Мелу дико утомляли постоянные нападения тварей, но с другой — она и радовалась им. Наличие большого количества Зверей, пусть и малого уровня, вселяло надежду, что однажды ей посчастливится-таки добыть из них Ядро. И потому потрошила и потрошила одного за другим. Но результата пока не было — это расстраивало, это подтачивало надежду… Но короткий отдых, и она восстанавливала свою волю и решимость, словно Ледяной Феникс!
Постепенно прям каждого паучишку терзать на запчасти она перестала. Времени отнималось слишком много. Времени, что таяло для неё слишком быстро. Потому под разделку стали попадать только самые крупные особи из встречаемых ею. А размеры тех неуклонно росли. Если наверху, в городе, и в начале пути самые крупные, встреченные ею, имели брюшко порядка двадцати сантиметров в диаметре, то сейчас уже стали попадаться особи раза в два крупнее. А она ещё даже не добралась до конца, до дна пропасти. Какие же там твари будут, если тенденция продолжится?..
Увеличивались не только размеры тварей и время на их разделку, но и продолжительность схваток. Мелких рубить Воплощением одно удовольствие! Раз — и две половинки! Два — и их уже четыре! А с крупными так легко и красиво уже не выходило. Их хитин оказался много твёрже — с одного удара не всегда получалось прорубить его. Их реакция была быстрее — успевали парировать почти все удары Мелы. В свою очередь, их ответные становились всё сильнее и непредсказуемее — явно умнее своих мелких собратьев. А ведь физические возможности Меланиты из-за Проклятия также были далеки от обычных человеческих — ещё одна черта недуга.
И пусть медленно, но она двигалась вперёд, вниз, по этим клятым бесконечным ступенькам. Сколько уже витков она намотала вокруг провала — только Предел ведает.
Двигалась, пока одна картина не вогнала её в ступор, заставив остановиться минут на пять, а то и дольше. Она даже глазам не поверила своим, а потому опустилась и прикоснулась рукой, чтоб убедиться.
Ступеньки кончились.
Дальше — ровный пол!
Но предаться радости от окончания спуска ей не дали. Вновь раздался тот жуткий вой-рёв неизвестного Зверя, что сопровождал в пути все эти дни. Вой, что замораживал само время вокруг — настолько был жутким, леденящим кровь. Но его завершение всегда приносило в тело Мелы словно заряд бодрости. Действовать после становилось проще, лишние мысли исчезали, разум приобретал необъяснимую чёткость, холодность и отрешённость от проблем, концентрируясь на достижении наибольшей эффективности.
Так случилось и сейчас.
