Предельные Чертоги полностью

Портовая жизнь забурлила, втягивая девочку в свой самобытный водоворот. Облачники и жители разных уголков Тверди перемешались на каменной ладони в пестром хороводе. Бритоголовые северяне с бородами, заплетенными в косы, и татуировками на черепе. Хошанцы и равнинные жители, предпочитающие платья свободного кроя. Дикие обитатели Заповедных Земель, почти черные от загара. Загадочные урхатцы, обматывающие головы длинными кусками ткани. Нелюдимые охотники с Черноболотья, сражавшиеся пять лет назад в армии оборотней под стенами Крумска. Стройные дети ветра, не похожие ни на один из континентальных народов. А еще здесь были островитяне — улыбающиеся, загорелые, с абордажными саблями у пояса и ножами за голенищами высоких ботфортов. Обитатели северо-западных архипелагов, напротив, предпочитали кожаные безрукавки, плотные штаны с замшевыми вставками и заломленные набок береты. Обоюдоострые клинки эти ребята носили за спиной.

У причальных мачт покачивались пять браннеров и один дирижабль с Дзуара. Или с Пацифиды — поди, разбери.

Навсикая остановилась в нерешительности.

Вокруг сновали крепкие взрослые мужики, дамы в возрасте, девушки в дорожной одежде и дети с матерчатыми котомками. У дальнего края площадки разгружался транспорт с южных отрогов Ливонского Хребта. Это знание пришло к девочке из пустоты. Она чувствовала, что попала в точку. Заговоренный волшебниками кран перетаскивал ящики без участия человека. Скрипели шарниры и металлические сочленения, бешено вращалась лебедка. За отгрузкой следил маг, подчиняющийся Гримлиэлю. Об этом Навсикае сказали цвета его мантии.

— Не зевай, — поторопил Наставник. — Отчалят без нас.

Они двинулись сквозь толпу к четвертой мачте. Пассажирский браннер шел под флагом Радужного Моста — спаренными желтыми кругами на голубом поле.

— Мы летим на Радужный Мост?

— Не кричи. Хочешь, чтобы все об этом знали?

Девочка умолкла.

Знающий прав. Если в толпе скрываются лазутчики, сообщать им о своих планах не следует. Впрочем, они и сами догадаются. Всего-то и нужно, что посмотреть на флаг да перекинуться парой слов с одним из погонщиков.

Толпа перед Вячеславом послушно расступалась.

Навсикая давно заметила, что от Наставника исходит волна силы, против которой лучше не выступать. Девочка понуро смотрела в спину мастера. Замыкал шествие Хрум.

Чувство слежки ослабло.

Возможно, скрытые недоброжелатели утратили интерес к Вячеславу и его ученице. Возможно, потеряли мастеров из виду.

На браннер их впустили вместе с Хрумом.

Вячеслав показал билеты дежурному стюарду, что-то шепнул ему на ухо, и тот отстранился. Почти все пассажиры уже были на борту.

— Когда вы успели купить билеты? — спросила Навсикая.

— Я тут с самого утра.

— И со мной не связались?

— Решал вопросы.

Им отвели просторную каюту под верхней палубой. Нашлось местечко и для Хрума — Вячеслав поселил зверя в каморке, бывшей некогда гардеробной. Навсикая завороженно наблюдала, как Наставник наколдовывает в гардеробной засыпанную снегом пустыню. Вячеслав использовал сложный набор рун, которые даже Навсикая не сумела запомнить. Вначале появилось мутное солнечное пятно, затем — северное сияние. Следующим шагом Знающий сотворил землю, цепочу заснеженных холмиков и скальную гряду на горизонте. Поддал лютого холода. Закрасил небом углы комнатушки, спрятал стены и потолок.

— И я так хочу, — вырвалось у Навсикаи.

— Потом научишься.

— А Хрум не сбежит?

Наставник покачал головой.

— Все, что ты видишь — иллюзия. Ничего этого нет. Если Хрум захочет убежать, то упрется в переборку гондолы.

— Погодите, — возразила девочка, — но разве границы не расширяются? Я бродила по таким комнатам, там много места.

— Все верно, — согласился Наставник. — Я раздвигаю ткань мироздания. Слегка, чтобы не прорваться в измерения тандрадианцев и жнецов.

Разумно, подумала Навсикая. Никто не хотел бы попасть к тандрадианцам на обед.

Мясо для рлока они достали на камбузе. Вячеслав велел девочке оставаться в каюте, а сам скрылся за дверью. Через некоторое время он вернулся с едой. Свежая вырезка для Хрума. Наспех разогретые овощи и колбаски для них.

Навсикая тотчас набросилась на свою порцию. Пешая прогулка по Трордору пробудила в ней аппетит.

Учитель ел без лишней суеты.

— Не нравится мне этот интерес, — сказал он. — Слишком быстро за нас взялись.

— Кто взялся?

— Пока не знаю.

Когда они закончили с обедом, на верхней палубе раздался свисток. Браннер поднимал пандус и отчаливал.

— Что ж, — сказал Наставник, — отдохни немного.

Девочка насторожилась.

— А потом?

— Я научу тебя драться в тесных комнатах.

Ночь быстро окутала пустыри погребальным саваном. В соседних домах загорелись окна. Желтые квадратики, бросающие вызов мраку и безысходности.

— Сколько еще идти? — Ольгерд вслушивался в шорохи и невнятное урчание, доносившееся из-за ближайшего холма. Звуки ему не нравились.

— Полтора-два километра, — неуверенно сказал Делрей.

— Направление?