Несколько периодов назад из Глотатна пришли тревожные новости о загадочном явлении на осыпи в Разделяющей Гряде. Я и мои верные помощники, Рон и Оку, узнав об этом, тщательно подготовились, и, полностью экипированные, двинулись в поход.
Глава Глотаина, Симерон, любезно предоставил нам проводника, лошадей и мешок с провизией. Через пару дней мы были на месте. Недалеко от осыпи жителями Глотаина уже был разбит лагерь, в котором нас встретили обеспокоенные алсины.
Прибыли мы в темноте. Рядом с палатками вокруг костра в полном молчании сидели четверо хмурых глотаинцев.
— Доброй ночи, я Сатт, техноархеолог из Рунтаина. Мои спутники: Рон и Оку.
— Доброй ночи, да, нам присылали сообщение, что вы приедете. Я Пеул, — откликнулся один из мужчин.
Он был явно напуган.
— Расскажи, что вы здесь обнаружили.
— Обнаружили не мы, а Кор. Когда скала обвалилась, он решил сходить сюда, и посмотреть, какие полезные породы открылись. Еле доплёлся обратно, в Глотаин. И два периода назад умер от неизвестной болезни. Как ни старались, не смогли ему помочь. Этот плотный молодец, который поднимал руками камни размером с лошадиную голову, растаял за несколько дней.
Пеул сокрушённо поводил головой из стороны в сторону.
— А нас Симерон прислал сюда огородить гиблое место и встретить вас.
— Ясно. Соболезную. Что удалось выяснить про артефакт?
— Не подходили мы к нему, нехорошее там место. И сны здесь снятся странные. Огородили и вот, вас ждали. Похоже, раньше артефакт был внутри скалы. Когда она обвалилась, вышел наружу. Выглядит как маленькая железная пирамидка пол ари в высоту. Больше ничего не знаю.
— Понятно, проводишь к нему?
— Ночью ни за что. С утра пойдём.
Снилось мне действительно нечто странное. Под палящим красным солнцем по выжженной равнине от горизонта до горизонта тянулась бесконечная цепочка одинаковых мужчин с голубой кожей. Они безмолвно и синхронно шли вперёд. Через мгновение цепочка начала редеть. Каждый второй синекожий стал пропадать, просто растворяться в воздухе. Потом ещё и ещё. В итоге рядом остался только один. Он повернулся ко мне и оскалился в беззубой улыбке. В глазах не было зрачков. Кожа стала осыпаться прахом, и я с ужасом осознал, что он как две капли воды похож на меня. Через пару мгновений он рассыпался, став частью того пепла, которым была покрыта равнина. Я посмотрел на свои руки, они посинели и тоже стали осыпаться пеплом. А потом резко проснулся.
Утром Пеул привёл нас к «гиблому месту», и сразу же развернулся назад в лагерь. Мы аккуратно, чтобы не поехать по осыпи, подобрались к артефакту. На острых камнях лежала небольшая металлическая пирамидка с отполированными гранями. С виду ничем не примечательная. Такую без труда сделал бы мастер средней руки из Мэтаина.
Рон и Оку расставили оборудование. Я рассмотрел артефакт вблизи. Не было видно швов. Казалось, прибор сделан из цельного куска металла. Попробовал поднять. Безрезультатно. Даже немного сдвинуть не получилось. Артефакт будто прилип к камням.
Но мы были отлично подготовлены.
— Оку, что по электромагнитному полю?
— Штиль, — отрапортовал Оку, сосредоточенно глядя на стрелку измерителя.
— Инфополе тоже спокойно, — вставился Рон.
— Давайте понаблюдаем.
Я достал из мешка горсть орехов и отсыпал понемногу спутникам.
— Да это просто тяжёлая железка, учитель. А местные выдумали ерунду какую-то про гиблое место, — ухмыльнулся Оку.
— Возможно, но я так не думаю.
Вдруг пирамида подёрнулась и загудела.
— Инфополе штормит! — прожестикулировал Рон, заворожённо глядя на стрелку.
— Отходим на безопасное расстояние. Живо! — скомандовал я, ринувшись в сторону.
Но Оку и Рон уже не шевелились.
— Ребята, отходим!
Оба моих спутника застыли. Через половину пин гудение смолкло, и я подбежал к помощникам. Они стояли как вкопанные. А потом как по команде повалились на землю. Я попытался нащупать пульс. Его не было. Оба не дышали. Стремглав понёсся в лагерь. Когда мы вернулись к артефакту уже с глотаинцами, мои друзья были мертвы.
Я приказал засыпать артефакт камнями и срочно сворачивать лагерь. По прибытии в Глотаин, у меня началась сильная лихорадка».
Здесь аккуратный до этого почерк размяк и превратился в невнятный набор нечитаемых символов. Я перевёл взгляд на Пала.
— Через два дня отца не стало. — с убитым видом сообщил он.
— Да уж, сочувствую. И много таких гиблых мест в Ин?
— Не знаю, как уже говорил, я не встречал ни одного. А записей не так уж много. Вот то, что осталось от отца и есть ещё заметки деда. Это дело семейное, больше никто в Таин не занимается именно техноархеологией. В нашей семье с детства изучают физику, историю артефактов и инженерное дело. Вот и я дочь пытаюсь подтянуть. Но пока не очень получается. Её больше интересно лазить по деревьям и играть в кронк.
— Кронк?
— А, ты же, наверное, не знаешь. Это такая настольная игра, очень популярная в Рунтаине. На поле из клеток ставятся фигуры, у каждой из которых свой тип передвижения. Игроки ходят по очереди. Выигрывает тот, кто повергнет главную фигурку противника.
— А, наверное, что-то вроде наших земных шахмат.