Трунгх принялся посвящать меня в подробности будущего заседания межгалактического совета и тонкости поведения на нём, отчего я стал совершенно наглым образом зевать. Разговор завершился в каком-то тумане. А ведь я не спал уже больше суток. Смутно помнил, как добрался домой. Запомнилось только, что Трунгх настоял, чтобы я хорошенько отоспался перед советом и обязательно у себя дома, в Эльтаине.
Сто сорок всадников в полном обмундировании с лучшими в Суин луками выстроились в широкую шеренгу. Десятники, громко ругаясь, проводили перекличку. Этой ночью Сагард не спал, полностью посвятив себя подготовке к походу. В глазах десятками извилистых линий краснели полопавшиеся сосуды. Он взобрался на чёрного скакуна и махнул рукой тронувшись. Шеренга перестроилась в строй по два всадника и с шумом двинулась за ним. Через пару минут с ним поравнялась Ваннора на гнедой кобыле:
— Как ты?
— Отлично, — без раздумий выпалил тот.
— Через сколько будем в Эльтаине?
— Если быстро двигаться, думаю, послезавтра к вечеру.
— Очень скоро. Очень скоро… — Ваннора о чём-то задумалась, потеребив кости животных на шее.
— Подготовила обряд?
— Да, конечно. Вот, всё необходимое взяла, — она немного покачала спиной, в походном мешке что-то зазвенело.
— Отлично. Рад, что поедешь с нами. Признаюсь, сомневался, что присоединишься.
— Твоя семья очень много для меня значит. Да, собственно, вы и есть моя семья.
Сагард кивнул соглашаясь. Мелкие обитатели степи в ужасе разбегались в стороны, ещё издали чувствуя приближение грозной армии. Сегодня погода, степь, да, кажется, — и весь мир, были на его стороне. Точка кипения достигнута, осталось лишь сварить ненавистных алсинов.
Через несколько часов отряд достигнул подножия Разделяющей Гряды. Копыта ступили на узкую каменистую дорогу, в стороны полетели мелкие камни. К Сагарду подъехал один из десятников:
— Нужен привал, лошади утомились.
— Будет вам остановка, только на вершине, — сухо ответил Сагард.
— Но, господин…
— Никаких но, ступай.
Десятник скорчил недовольную гримасу, но вслух перечить побоялся. Ваннора проводила его взглядом и вполголоса запела:
«О, Духи! Пусть будет наш верным поход.
Сомненья отбросим и только вперёд.
Под траурный гимн вероломных осудим,
Прозрачной водой мнимый жар их остудим.
Нет песни вернее, чем радость дороги.
Наш путь — торжество на могиле тревоги.
Рассвет уже близок, и песня летит
Сквозь степь, можжевельник и горный гранит…»
Когда все члены уставшей процессии заползли на плато, Сарагд поднял руку, остановившись у одинокой приземистой сосны.
— Давай здесь.
— Уверен? Хотя… место, действительно, подходящее, — Ваннора грузно спустилась с кобылы, порылась в походном мешке и достала небольшой металлический кубок, кисточку и узкий длинный нож.
Сагард показал подоспевшему внуку характерный жест, проведя пальцем поперёк шеи. Тот кивнул и поспешно удалился. Шаманка подошла к дереву, медленно провела рукой по шершавому стволу, будто прислушиваясь. Где-то вдалеке сокол прокричал «Кьяк-кьяк», высматривая очередную добычу. Ваннора скрупулёзно прошлась взглядом от корней до макушки сосны, запрокинув голову, остановившись на бледном круге огромной луны, и прошептала:
— Подходит. Я чувствую силу земной стихии.
Сагард кивнул удовлетворённо.
Буквально через минут десять вернулся внук, держа в руках тело только что подстреленного ворона. Сквозь пальцы сочилась алая струйка крови, орошая землю крупными вязкими каплями. Сагард потрепал парня по шевелюре, похвалив за оперативность, и осторожно передал ворона шаманке. Та резко вырвала перо и вставила себе в волосы. Потом проткнула ножом тушку и подставила кубок. Тот быстро наполнился наполовину.
— О, Дух земли и начала новой жизни. Мы дарим тебе эти капли в знак покорности и просим опеки в предстоящем походе.
Ваннора начала отбивать привычный ритм, щёлкая зубами и брызгая кисточкой на сосновую кору. Один круг вокруг дерева, другой. Всё быстрее и быстрее. На десятом обороте она резко остановилась и уставилась в пространство невидящим взором.
Сагард испытывающе смотрел на обряд, ожидая ответа. Ваннора очнулась и удивлённо проговорила:
— Не понимаю…
— Что там? Не томи!
— Дух земли сказал, что время упущено и мы уже опоздали.
— Опоздали куда? К алсинам, что ли?
— Думаю, да.
— Глупости. Никуда элтаинцы от нас не денутся, — зловеще ухмыльнулся Сагард.
Он громко свистнул, сигнализируя об окончании стоянки. Уже другой десятник подошёл и недовольно заметил:
— Лошади ещё не успели отдохнуть.
— Вперёд! Слышал, Духи говорят, что мы опаздываем!
Через пять минут отряд, нехотя, скрипя кожаными сёдлами и разнося эхо стука копыт по безмолвному плато, двинулся в путь.