Она повернулась к Бенедикту и кивнула, все еще опасаясь говорить. У нее было такое чувство, будто внутри все сжалось то ли от страха, то ли от облегчения.
– Хорошо, - сказал он. - Ну что, идем?
Софи выразительно взглянула на руку, По-прежнему обнимавшую ее за талию.
– О, ради Бога, отпустите ее - или я прострелю вам руку! - прикрикнул Бенедикт.
Оружия у Бенедикта не было, однако тон его заставил подвыпившего молодого человека немедленно отпустить Софи.
– Вот и отлично, - проговорил Бенедикт и протянул девушке руку. Та положила на нее свою. Пальцы ее дрожали.
– Вы не можете так просто взять и увести ее! - завопил Филипп.
Бенедикт презрительно взглянул на него.
– Я уже это сделал.
– Вы об этом пожалеете!
– Сомневаюсь. А теперь прочь с глаз моих! Фыркнув, Филипп повернулся к дружкам и бросил:
– Пошли отсюда! - После чего заявил Бенедикту:
– Больше на приглашение на мою вечеринку не рассчитывайте.
– Не беспокойтесь, плакать не буду, - насмешливо ответил Бенедикт.
Филипп еще раз яростно фыркнул и направился вместе с приятелями к дому.
Проводив их взглядом, Софи медленно повернулась к Бенедикту. Когда Филипп схватил ее и подозвал своих мерзких друзей, она поняла, что ее ждет, и ей захотелось умереть. Но внезапно перед ней возник Бенедикт Бриджертон, герой ее сновидений, и она решила, что уже умерла. Ведь где еще она могла с ним встретиться, если не на небесах?
Она была настолько потрясена, что даже забыла про пьяного дружка Филиппа, прижавшего ее к себе и щупавшего самым бесцеремонным образом. На какую-то долю секунды весь мир, казалось, исчез, остался лишь Бенедикт Бриджертон.
Это был волшебный, сладостный миг!
Но внезапно неприглядная действительность обрушилась на Софи с новой силой, и как громом поразила мысль: что он здесь делает, на этой мерзкой вечеринке, среди пьяниц и продажных девиц? Когда она встретила его два года назад, он не показался ей человеком, любящим подобные мероприятия. Но она провела с ним рядом всего несколько часов. Может быть, она ошиблась в нем? Софи закрыла глаза от отчаяния. За прошедшие два года память о Бенедикте Бриджертоне была лучом света в ее жалкой, безотрадной жизни. И если она в нем ошиблась, если он ничуть не лучше Филиппа и его дружков, значит, у нее ничего не останется.
Даже памяти о любви.
Но с другой стороны, он ее спас. С этим не поспоришь. Может быть, не стоит задумываться над тем, почему он оказался на этой вечеринке?
– С вами все в порядке? - неожиданно спросил Бенедикт.
Софи кивнула и посмотрела ему прямо в глаза, ожидая, что он ее узнает.
– Вы уверены?
Она снова кивнула, все еще преисполненная ожидания. "Ну же, узнай меня!"
– Хорошо. А то они с вами грубо обошлись.
– Ничего.
Софи закусила губу. Она понятия не имела, какова будет его реакция, когда он ее узнает. Обрадуется? Или, наоборот, придет в ярость? Неопределенность была мучительна.
– Сколько вам нужно времени на то, чтобы собраться? Софи недоуменно захлопала глазами и внезапно поняла, что все еще сжимает в руке сумку с вещами.
– Все мои вещи здесь, - ответила она. - Я как раз пыталась уйти, когда они меня поймали.
– Молодец, - одобрительно пробормотал он. Софи пристально взглянула на него, не в силах поверить, что он ее не узнал.
– Тогда идемте, - проговорил Бенедикт. - Мне даже противно здесь находиться.
Софи промолчала, по-прежнему глядя на него.
– Вы уверены, что с вами все в порядке? - спросил Бенедикт.
И тогда Софи стала рассуждать.
Два года назад, когда они познакомились, половина ее лица была скрыта маской, а слегка припудренные волосы казались светлее, чем на самом деле.
С тех пор она отрезала свои длинные волосы и продала их изготовителю париков. Теперь у нее были короткие кудри.
Она сильно похудела, поскольку миссис Гиббонз, которая подкармливала ее, осталась в Пенвуд-Хаусе.
И потом, если уж быть до конца откровенной с собой, они с Бенедиктом находились в обществе друг друга не более получаса, и он вряд ли хорошо ее запомнил.
Софи взглянула Бенедикту прямо в глаза и поняла: он понятия не имеет, кто она такая.
Он ее не узнал. И никогда не узнает. Софи не знала, плакать ей или смеяться.
"Всем гостям, присутствовавшим в прошлый четверг на балу у Моттрамов, было ясно: мисс Розамунд Рейлинг не прочь женить на себе мистера Филиппа Кавендера.
По мнению автора этих строк, эти двое великолепно подходят друг другу".
Десять минут спустя Софи уже сидела рядом с Бенедиктом Бриджертоном в его фаэтоне.
– Вам что-то попало в глаз? - учтиво осведомился он.
– П…простите? - не поняла Софи.
– Вы все время моргаете, - пояснил он. - Вот я и подумал, что, быть может, вам что-то попало в глаз.
