Сегодня она собирается жить одним днем и наслаждаться каждой секундой бытия.
Дилан проснулся от ощущения утраты чего-то важного. Он с трудом приоткрыл усталые глаза, подождал, пока взгляд сфокусируется, и тут же нахмурился, увидев, что Сэди уже встала и натягивает свое шикарное платье на не менее роскошное тело. Не глядя на кровать, она поискала туфли и обулась.
Ха! Вот вам и гром среди ясного неба.
Ночь оправдала все его ожидания, и даже больше. Их тела будто были созданы друг для друга, они слились в единое целое и двигались в унисон. Он и представить не мог, что такое вообще бывает. Что бы ни происходило между ними на этой неделе, все изменения пошли им на пользу и необычайно сблизили их.
Но, видимо, эта идеальная связь прервалась с восходом солнца.
– Доброе утро. – Он сел на кровати и позволил простыням соскользнуть с мускулистого торса.
Сэди подпрыгнула от неожиданности, и он удовлетворенно хмыкнул.
– Ты проснулся.
– Ты тоже. И уже успела одеться.
– Да, ну… мы уже вернулись в гавань, – пробормотала она.
– Значит, пришла пора возвращаться в реальность, да?
– Думаю, да.
– Ты должна была разбудить меня. – Он попытался придать голосу легкости, чтобы разбить то странное напряжение, которое возникло между ними. – И предпочтительно перед тем, как ты натянула на себя эти противные тряпки.
– Полагаю, обычно улизнуть тайком после ночи любви – твоя привилегия, да? – Она хотела пошутить, но слова упали между ними тяжелыми камнями, и настроение Дилана резко пошло вниз.
– Ты собиралась улизнуть от меня?
– Нет! – стушевалась Сэди. – То есть ты же знаешь, где меня найти, правильно?
Это единственная причина? Господи, что произошло в ее милой головке между тем, как он заснул без задних ног, насытившись прекрасным телом, и его пробуждением? Дилан понятия не имел и не был уверен, что ему будет дозволено это узнать.
– Значит, возвращаемся к «Азуру», – сказал он. Похоже, их мораторий на деловые разговоры тоже подошел к концу. – Это следующий пункт повестки дня?
– А как же иначе? – пожала плечами Сэди. – Я хочу сказать, у тебя сегодня днем самолет, а ты до сих пор не ознакомился с предложением, которое я тебе выслала. Не забывай, через пару дней я сама лечу в Англию за Финном. Пора вернуть его домой.
Домой. Выходит, Турция для нее все еще дом. Понятно.
Дилан потянулся за брюками. Говорить о бизнесе нагишом как-то не слишком уютно.
– Забудь пока об «Азуре». Ты обдумала мое предложение? – Не успел Дилан закончить фразу, как понял, что надо было подобрать другое слово. Какое угодно, только не «предложение».
– Я… я не уверена, что это хорошая идея.
– Из-за сегодняшней ночи?
– Из-за многих вещей. – Она прикусила губу, и Дилану пришлось сесть на свои ладони, чтобы удержаться и не потянуться к ней за поцелуем. И не вернуть ее обратно в прошедшую ночь. – Ты не передумаешь просить за «Азур» перед советом директоров? Даже если руководить отелем буду по-прежнему я?
– Конечно нет, – еле выдавил он из себя. – Ты продемонстрировала неплохой потенциал города Кушадасы и самого отеля. Я поговорю с ними, как только приеду.
– Отлично. Спасибо.
В комнате повисло неловкое молчание, такое ощутимое, что его можно было потрогать. Дилан не выдержал, поднял с пола рубашку, накинул ее на плечи и направился в ванну.
– Почему бы тебе не подняться наверх и не проверить, не дадут ли нам чего-нибудь на завтрак? – бросил он на ходу. – Я буду готов через пару минут.
Если они собираются заниматься делами, он должен принять душ, выпить кофе и плотно подкрепиться. Будем надеяться, что еда и питье заполнят пропасть, разверзшуюся у него в груди.
Сэди прекрасно держала себя в руках, пока они не добрались до отеля, чем безумно гордилась. Сегодня утром было очень легко поддаться соблазну и упасть в объятия Дилана. Еще чуть-чуть продлить идеальную ночь. Нужно было просто повернуться и обнять его. Но это лишь продлит агонию.
Поспорив с самой собой в тихой ночи, Сэди пришла к выводу, что больше нельзя позволять ему приближаться к себе. Это будет мучительно больно.
Как она сможет вернуться к деловым отношениям или просто остаться с ним друзьями теперь, когда она знает, каково это, когда ее обнаженная кожа касается его кожи, а его тело впечатывает ее тело в кровать в несказанном экстазе? Сумеет ли она вообще думать о чем-то другом?
Но она должна. Как бы он ни дулся после утренней отставки, каким бы обиженным ни выглядел, больше Дилану все равно ничего от нее не нужно. О да, он вполне способен убедить себя, что между ними что-то может быть, но только без обязательств. Обязательства не для него. Он не Адем, и нельзя забывать об этом. Все время держать в поле зрения эту мысль.
Или она легко и непринужденно соскользнет в океан любви к этому человеку.
