Вчера утром, пока он убирал бутылки и мусор, Максим решил, что не останется в “OGRussia”. Когда мероприятие закончится, он уйдет. Максим понятия не имел, где он мог бы работать, и пока не задумывался над этим. Для него ясно было только то, что оставаться в компании он не хочет. Слишком много неприятных воспоминаний и ассоциаций с ней связано уже сейчас. Максим был уверен, что отец согласится с ним.
Обед и последовавший за ним разговор превратился в сплошные обвинения со стороны отца и его слабые попытки объясниться. Мать сначала пыталась оправдать сына, найти какие-то смягчающие обстоятельства, но потом просто сидела, не участвуя в происходящем, а затем и вовсе ушла в свою комнату. Главный вопрос, который волновал отца, был «как он мог так поступить». В глубине души Максим соглашался с отцом, что ему следовало сразу же рассказать о случившемся. Здесь не было никаких оправданий. Он струсил. Смалодушничал.
Пока отец выдавал очередную порцию обвинений, Максим думал, когда лучше сообщить родителям о своем решении уйти из “OGRussia”. По размышлении Максим рассудил, что лучше это сделать после заседания. Ему было интересно, что там произойдет, и какие будут приняты планы и решения. Возможно, он найдет для себя перспективы в магическом мире. Еще одним аргументом не ставить отца в известность о своем уходе сейчас, было нежелание выслушивать новые упреки в свой адрес.
Максимзаявил, что согласен со всеми доводами отца, и понимает их справедливость. Он спросил его мнение о том, как ему действовать дальше, как исправить возможный ущерб. Это смягчило гнев родителя; он почти успокоился и начал говорить о предстоящих событиях. Мать тем временем позвала их пить чай – в их семье это была целая церемония.
В этот раз мама заварила два чайника чая, для себя поставила маленькие чашки, которые привезла из Китая. Для мужа и сына она выбрала их любимые домашние чашки. Поскольку Максим, как и его отец, не обращая внимания на эстетику чайной церемонии, предпочитали пить чай из больших кружек. Максим выбрал себе сразу два больших шоколадных десерта. Он где-то вычитал, что сладкое снижает уровень стресса, и без угрызений совести поглощал вкусные десерты. Семейный вечер, к счастью, подходил к концу.
Максим приехал в аэропорт даже раньше, чем планировал. Утром он не успел позавтракать, и взял в кафе сэндвич и кофе. В ожидании заказа позвонил менеджеру транспортной компании. Узнав, что из десяти участников семь уже прибыли и благополучно доставлены в гостиницы, он позвонил Ангелине.
Господина К. и его помощницу Максим узнал мгновенно – слишком хорошо его лицо было известно в свое время всему миру. После завершения карьеры президента г-н К.написал книгу, выступал с лекциями в известных университетах и состоял в Совете управляющих одной из самой могущественных и непубличных компаний мира. Максим выяснил, что он был сыном Аполлона, и это объясняло увлечение г-на К.музыкой, искусствами и его популярность.
До гостиницы они добрались неожиданно быстро.Закончив с заселением, Максим устроился в холле гостиницы, вытащил список участников и увидел, что осталось всего два имени. Два человека, два участника, которые еще не приехали. Один из них был всемирно известный бизнесмен – он прилетал на личном самолете, и второй, г-н Ф. – известный ученый, профессор, политолог. Приезд обоих знаменитостей, о чем сообщила пресса накануне заседания Совета, взволновал экономическую и политическую общественность Москвы. На одной из встреч в офисе они обсуждали, насколько реально оградить знаменитостей от журналистов. Максим знал, что Полина переписывалась с коллегами из Римского офиса о том, есть ли согласие на интервью г-на Ф. и г-на Г.
Когда он вышел из гостиницы, было уже почти три часа. Максим сел в машину и направился в офис. Завтра был первый из трех важных дней.
Глава 55.
Полина
Когда мы с Никой пришли в «Метрополь», Ангелина с Шанхайским-старшим и гостямииз Рима были уже там. По дороге я позвонила менеджеру Елене, с которой мы работали по подготовке встреч 19 и 21 июня, и попросила помочь донести наши материалы из машины. Поэтому, когда мы добрались, Елена и двое её сослуживцев уже ожидали нас в холле. Ника пошла с ними к машине, а мы с Еленой повели остальную компанию показывать залы.
Первым делом мы заглянули в зал «Чехов», где завтра, в 11.00 открывался публичный Совет управляющих. Бьянка и Энтони пришли в восторг от оформления зала и его стиля (Ангелина шепнула мне, что они без перерыва восхищаются убранством «Метрополя» и его историей), витражных окон, расписного потолка и фотографий на стенах. Бьянка сообщила, что знает произведения Чехова и даже смотрела его спектакль «Три сестры». Услышав это, Георгий Михайлович удовлетворенно хмыкнул.
