Коридор, в котором она оказалась, шел вдоль внутреннего сада. Сквозь высокие узкие окна было видно, как луна освещает кусты, статуи и фонтаны. Ступая по мраморному полу, Верена приблизилась к небольшой боковой двери, ведущей в комнату отдыха, где дамы могли привести себя в порядок. Как обычно, ее сопровождали тени короля, которые остались охранять снаружи.
Переступив порог, Верена огляделась и, не увидев никого, облегченно выдохнула. Приблизившись к широкому обитому синим бархатом дивану, принцесса опустилась на него и, откинувшись на спинку, устало закрыла глаза. Как же это хорошо – побыть наедине с собой. Минуты без постоянного постороннего контроля – бесценны.
От спокойных и размеренных мыслей Верену отвлекли звуки шагов. Девушка вздохнула и открыла глаза. Затем оглянулась, чтобы посмотреть, кто последовал ее примеру и пожелал отдохнуть от праздничного шума. Увидев пять фигур в темных одеждах с масками на лицах, Верена вздрогнула и вскочила. По ее спине пробежал ледяной холодок.
Она было открыла рот, чтобы позвать на помощь, но ее опередили.
– Можешь не надрываться, – произнес насмешливый женский голос на астландском языке. – Те двое уже никому не помогут.
Верена перешла на истинное зрение и быстро осмотрела энергосистемы окружавших ее. Все пятеро были страйкерами. Четыре женщины и один мужчина.
Верена осознала, что обречена. И от этой мысли стало как-то обидно… Неужели это всё? Неужели ее жизнь прервется прямо здесь и сейчас? Какой же во всем этом был смысл? Зачем она прошла такой долгий путь, полный боли и унижений?
– Ты такая же безмозглая, как и твой папаша, – произнёс мужской голос. – Надо было сидеть в своей норе и не высовываться.
Верена инстинктивно шагнула назад, отступая к дверям, но один из страйкеров, сделав стремительный рывок, схватил её за запястье.
Принцесса вскрикнула и попыталась вывернуться, но сильные пальцы обхватили ее горло. Верена хрипела, а ее взгляд лихорадочно шарил по сторонам.
– Тебе не повезло, – хмыкнул женский голос. – Нам приказано оставить послание Карлу. Будет очень больно.
Резкий рывок – и Верена отлетела в угол комнаты. Она приподнялась на дрожащих руках и затравленно взглянула на приближающихся убийц. Во рту появился солоноватый привкус.
Внезапно что-то мелькнуло в тени. И перед страйкерами, будто возникнув из воздуха, встал человек. Верена сглотнула и ошарашенно уставилась на лисью маску. О боги! Это ведь тот самый актер, игравший главную роль в представлении.
Страйкеры на мгновение замерли.
– Господа, – слегка насмешливый голос «лиса» под маской звучал приглушенно, но Верене он неожиданно показался смутно знакомым. – Мне жаль вас разочаровывать, но это задание вы уже провалили. Однако, спешу вас утешить, в одном вы не ошиблись – действительно, будет очень больно.
Выступление прошло даже лучше, чем я предполагал. Несколько технических новшеств, парочка взрывчатых смесей, яркие краски, неплохое музыкальное сопровождение, игра со светом, а также много акробатических трюков – и вот высокопоставленные зрители, не привыкшие к подобным зрелищам, взирают на происходящее на сцене раскрыв рот. Наблюдая за реакцией принцессы Адель, а за ней – и Карла, я понял, что все мои старания и вложения в этот проект не прошли даром. Достаточно было видеть их восхищенные лица.
А еще мне понравилась задумчивая физиономия Кико и особо порадовала кислая рожа герцога де Бофремона. К этим двоим у меня накопилось много вопросов, которые я намерен задать им позднее. Сперва нужно закончить дело, ради которого я и закрутил весь этот спектакль.
На празднике я увидел Хельгу и барона де Леви. Ниссе говорила мне, что мой друг Жан-Луи в столице и что он однажды посещал Лисью нору, когда там еще хозяйничали Валери с неугомонной тетушкой-герцогиней. Со слов ниссе парфюмера принца Луи в моем замке приняли с распростертыми объятиями. Несколько часов он рассказывал о событиях на севере. Обмолвился и о будущей свадьбе принца и принцессы, а также сказал, что в Эрувиль он прибыл, сопровождая кузину принцессы Астрид. Оказалось, эти двое на самом деле направлялись ко мне с приглашением на свадьбу, но из-за неповоротливой бюрократической столичной машины застряли в Эрувиле. Нетрудно догадаться, кто стал причиной этой вынужденной остановки.
Во время выступления краем глаза я наблюдал за реакцией Хельги. Сегодня она как никогда была очень похожа на мою Таис. Холодная маска спала, и ей на смену пришел почти детский восторг. Я даже на мгновение почувствовал, как сжалось мое сердце, когда увидел родные черты лица давно покинувшей меня сестренки. Морок продлился недолго, и, когда выступление закончилось, среди зрителей снова стояла северная воительница.
