Прежде чем дверцу кареты закрыли, Бри вышла из неё и крепко обняла Коннера.
– Береги себя, пожалуйста, – сказала она.
Коннер покраснел как помидор.
– Не волнуйся за меня. Мне не привыкать к опасностям.
Закрыв дверцу, мальчик пару раз хлопнул по ней. Из первой кареты выглянула Золушка и позвала Коннера.
– Я хотела спросить, знаешь ли ты, поживают моя мачеха и сводные сёстры. Они хорошо устроились в Другом мире?
– О да! Когда я общался с ними в последний раз, леди Айрис и Розмари открыли закусочную, а Петунья работала в ветеринарной клинике. Кажется, они вполне довольны жизнью.
Золушка тоже была довольна, что у них всё хорошо. Коннеру было приятно немного порадовать её напоследок.
Джек и Златовласка сели на лошадей, запряжённых в первую карету.
Эмеральда заколдовала экипажи, чтобы они ехали сами по себе, а Алекс, встав перед первой каретой, приготовилась сотворить самое сложное заклинание в своей жизни.
– Так, – пробормотала Алекс себе под нос, – поехали.
Фея мысленно представила себе дорогу, которая вьётся между королевствами, не оставляя после себя никаких следов и выбирая каждый раз новое направление. Девочка коснулась земли кончиком волшебной палочки, и у неё под ногами появилась сияющая золотом дорога. Она была не очень длинной и обрывалась с обоих концов.
Джек и Златовласка тронули поводья, и вереница карет въехала на заколдованную дорогу. Алекс подошла к Эмеральде, Матушке Гусыне и брату, и они махали вслед друзьям, пока золотая тропа и сами кареты не скрылись из виду.
Эмеральда положила руку Алекс на плечо.
– Твоя бабушка очень бы тобой гордилась.
– Я знаю, – с грустью ответила Алекс. Ей очень хотелось, чтобы бабушка увидела то, что она сделала.
Все направились ко входу во дворец, и Алекс тоже пошла за ними, но неожиданно увидела того, о ком совершенно забыла за это время.
– Рук!
Парень выглядывал из-за громадной розы, заколдованной Розеттой.
– Алекс, ты идёшь? – позвал сестру Коннер.
– Да, сейчас! – крикнула она в ответ и побежала в сад к Руку. Алекс завела его за гигантскую клумбу с тюльпанами и крепко обняла.
– Извини, что я снова без приглашения, но я тебя давно не видел и волновался. А что это были за кареты? – весело спросил Рук, но осёкся, встретившись взглядом с Алекс. – Что-то не так?
– Всё не так! – сказала Алекс, едва сдерживая слёзы. Она хорошо держалась весь день, но перед Руком ей не хотелось притворяться смелой. – Моя бабушка заболела, а наш мир хочет захватить огромная армия!
– Что? Какая ещё армия?…
Алекс схватила Рука за ворот рубашки и притянула ближе, чтобы посмотреть ему в глаза.
– Вам с отцом нужно уехать как можно дальше отсюда! Спасайтесь, пока с вами что-нибудь не случилось!
– Надеюсь, ты не решила так меня отшить? – спросил Рук, пытаясь обратить всё в шутку.
– Я серьёзно, Рук, – сказала Алекс. – Пожалуйста, уезжай! Я не переживу, если с тобой что-то случится! Пообещай, что ты уедешь!
– Ну хорошо, хорошо. Обещаю, что мы с отцом уедем.
Алекс выдохнула и опустила голову.
– Ладно. Я должна вернуться во дворец. Нужно ещё многое сделать.
Глубоко опечаленный Рук посмотрел на Алекс.
– Когда мы с тобой увидимся?
– Не знаю. Я найду тебя, когда всё закончится. А теперь уходи, пожалуйста, чтобы я не изводила себя ещё больше.
Рук кивнул и, поцеловав её в щёку, ушёл.
Сидя за клумбой, Алекс поняла, что впервые за день осталась в полном одиночестве. Она легла на землю, закрыла глаза и стала глубоко дышать. Перед феями, королями с королевами и братом она притворялась, что всё хорошо, но после встречи с Руком она больше не могла сдерживаться и потеряла самообладание.
– Просто дыши, Алекс, просто дыши, – твердила она себе. – Ты справишься, у тебя всё получится.
Она просидела так до тех пор, пока не почувствовала, что ей больше не страшно.
Ветер пронизывал солдат до костей. Лошадей пришлось оставить и идти пешком, пробираясь сквозь снег. Час за часом они поднимались всё выше и выше по крутой горе, не зная, куда они идут и скоро ли туда доберутся.
– Долго ещё? – требовательно спросил генерал дю Марки.
– Когда увидим огни, до места будет рукой подать! – крикнул Человек в маске.
Отряд из двадцати солдат Великой армии сократился почти вдвое. Не выдерживая стужи, бедняги теряли сознание и падали на землю, исчезая под толстым слоем снега. Солдатам было приказано не останавливаться и не помогать упавшим.
Генерал дю Марки и полковник Батон, надевшие поверх униформы тёплые плащи, то и дело бранили за медлительность солдат, которым, в отличие от них, было нечем укрыться от холода. Человеку в маске дали лишь старое рваное одеяло, чтобы согреться, и тем не менее он держался бодрее остальных. Ему было не впервой взбираться на эти горы.
– Судя по всему, к холоду вы не привычны, – усмехнулся Человек в маске.
– Я начинаю терять терпение, – с угрозой сказал генерал.
– Не волнуйтесь генерал, мы уже почти пришли, – заверил его Человек в маске.
