Возвращаться в Главк он не стал. После опроса Астахова позвонил Орлову и Крячко, приглашая их вечером к себе домой. Станислав с удовольствием согласился, а генерал, по привычке, поворчал, обвиняя Гурова в том, что ему рабочего дня не хватает, чтобы служебными делами заниматься, и порекомендовал больше жене внимания уделять.
– Поучи отца шнурки завязывать! – рассмеялся в ответ Лев. – Если у тебя нет желания узнать, зачем мне дела из московских отделов полиции понадобились, можешь дома сидеть и носки вязать.
– Какие носки? – оторопел Орлов.
– Шерстяные! Ты прямо как старая бабка брюзжать стал, поэтому ни на что другое, кроме вязания носков, скоро непригоден будешь.
– Я тебе дам старую бабку! Опять в отпуск отправлю! – пригрозил генерал, но обещал приехать.
Честно говоря, Гуров не понимал, что именно связывает его самого, три смерти, косвенно связанные между собой, и дело об ограблении Астаховой, которое он вел. То, что они каким-то образом связаны, было очевидно, но он не видел в этом ни логики, ни последовательности. Именно для того, чтобы как можно полнее проанализировать все события, случившиеся за последние три дня, он и решил просто изложить друзьям факты, не пытаясь рассказывать о тех домыслах, которые у него появились.
Перед тем как поехать домой, Лев позвонил Марии, рассказал про ожидаемых гостей и поинтересовался, не нужно ли что-то купить к столу. Он знал, что вечный холостяк Крячко опять съест все, что есть в холодильнике, а Орлов предпочитает литрами проглатывать черный чай с конфетами, поэтому и решил подстраховаться.
– Лева, дома есть все, что нужно, и даже больше! Даже армянский коньяк еще остался, если вы по рюмочке пожелаете выпить для аппетита, – выслушав его, рассмеялась Мария.
На Третьем транспортном кольце Гуров попал в пробку, из которой пришлось выбираться через Большую Пироговскую. Поэтому дома он оказался намного позже друзей, которые из Главка добрались к нему куда быстрее. Когда Лев пришел домой, они уже беззаботно беседовали с Марией, прихлебывая чай.
– Лева, где тебя черти носят? – проворчал Орлов. – Мы тут уже битый час сидим, и я, если честно, устал от Стаса холодильник защищать. Стоит Машеньке отвернуться, этот хмырь что-нибудь съедобное норовит скоммуниздить.
– Это тебе, старому пеньку, хватит корочки хлеба на весь день, а у меня организм хоть уже и не растущий, но еще молодой. Он нормальной пищи требует, в нормальных количествах, – парировал Крячко.
– Вижу, вам тут весело! – усмехнулся Лев, целуя жену в щеку. – Маша, ты зачем вообще этих оболтусов в дом пустила? Пусть бы ждали у дверей. Не зима на улице.
– Ну как можно?! – наигранно возмутилась Строева. – У нас в подъезде людей убивать начали. Ты бы ни себе, ни мне не простил, если бы Пете со Стасиком кто-нибудь навредил.
– Это им-то? Да этим ментам даже взвод спецназа вреда не причинит. Петр их одними генеральскими погонами на лопатки уложит…
Дружеская пикировка продолжалась недолго, поскольку Мария сразу же загнала всех на кухню. Она не любила, когда во время еды беспрерывно болтают, поэтому все четверо поужинали практически безмолвно, изредка обмениваясь ничего не значащими фразами. Впрочем, и сам Гуров торопить события не спешил, ожидая, пока друзья расслабятся и освободятся от всех забот, которыми заваливают полицейских каждый день.
– Лева, я понимаю, что ты вечно на свою задницу приключений ищешь, но что могло произойти во время расследования банального ограбления, что ты сторонние дела потребовал в Главк забрать? – поинтересовался Орлов, когда Мария разлила друзьям чай, налив себе и мужу кофе. – Тем более что два дела уже закрывают следователи.
– Да не все тут так просто, Петр, как на первый взгляд кажется, – покачал головой Гуров. – Скорее, все совсем непросто.
Он рассказал друзьям о том, что произошло за последние три дня, не вдаваясь в подробности и не излагая свои выводы о происходящем. Лишь перечислил факты, особо не касаясь расследования дела Астаховой и умолчав о зеленом «Brilliance», который совсем не вписывался в сложившуюся схему и выглядел простым совпадением. Крячко и Орлов слушали его не перебивая, и лишь Мария однажды спросила:
– А почему ты связываешь все события именно с Астаховыми? Тебе не кажется, что все могло начаться задолго до того, как ты приступил к этому расследованию?
– Маша, я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, – удивленно посмотрел на нее Гуров. – Не разбегайся, прыгай!
– Если предположить, что все эти события подготовлены и подстроены одним человеком и они действительно связаны исключительно с тобой, то готовили их не один день, – пояснила Строева. – Покопайся в прошлом. Кому ты настолько насолил, что человек пошел на убийства, и кто настолько умен, чтобы спланировать и осуществить это?
