- Что-то про то, что Сандар отдаст свой народ и свою землю стоя на коленях. Как там точно я не помню. Но что-то вроде этого.
- Бред! Это какой-то бред. Я никогда никому не предсказывала такого. Это все какая-то ошибка. Я не помню ничего такого, - почти кричала я, не в силах справится с эмоциями. - Это чья-то глупая шутка.
Если бы я предсказала такое, то ведь запомнила бы это? Или нет?
- А как давно было сделано это предсказание? - решила уточнить я.
- Сейчас, подожди. Я попробую вспомнить более точно. Я была совсем маленькая тогда. А Сандару было лет шестнадцать, кажется. Значит примерно двенадцать лет назад, - рассуждала Саярса. - Да точно двенадцать лет назад.
Значит, мне было лет девять. Я на тот момент только год жила с бабушкой Тасьяной. И именно этот самый тяжелый год я помню очень смутно. Помню, то, что сильно переживала из-за потери родителей. И как Тасьяна пыталась мне их заменить. И все. Я вполне могу просто не помнить, кому, и какие предсказания делала.
- Я не помню, что бы я делала кому-то такое предсказание, - сказала я кадарке.
- Не переживай. Вот попадешь к Иргилии, тогда все выяснится, - попыталась меня успокоить Саярса. Вот только спокойнее от этого мне не становилось.
Глава 16
Много раз я себе представляла свою дальнейшую жизнь. В избушке на краю леса, помогая людям, живя спокойной и размеренной жизнью. Никогда не мечтала о путешествиях, приключениях, а особенно об опасностях. Мечты мои скорее были связаны с любящим и понимающим мужем, с детками, да и вообще с обретением семьи. И мужа я себе представляла, как простого милого доброго работящего парня. А вот оно все как выходит. Произошло все, то чего я не хотела, чего я даже представить себе не могла.
Сколько себя помню, я очень редко предсказывала что-то не хорошее, да и то скорее в виде предупреждения и потому рассказ Саярсы, о том, что я сделала такое предсказание Сандару, сказать, что удивил, это ничего не сказать. От попыток вспомнить что-то об этом, хотя бы немного, уже начинала болеть голова. Но все было напрасно, я ничего об этом не помнила. И все больше утверждалась в принятом решении ехать к этой их Горной Ведьме. Обязательно нужно все выяснить, потому что мне и самой становилось все более интересно, что там с этим предсказанием. Да еще и в душе горела маленькая надежда, что все выяснится и меня отпустят домой. В мою спокойную и уютную жизнь.
Мысли то и дело возвращались к событиям двенадцатилетней давности, о которых я ничего не знала или не помнила. Саярса говорила, что отец им всем рассказал о том предсказании. А что если попробовать у него выяснить подробности. Например, как выглядел тот ребенок и где все это происходило. Он же должен вспомнить хоть что-то. Решила поинтересоваться мнением кадарки на этот счет:
- Саярса, а если попробовать выяснить у вашего отца подробности тех событий, вдруг он что-то вспомнит?
Она еле заметно вздрогнула.
- Нет, Анита. Вряд ли он что-то тебе расскажет. Отец умер пять лет назад. Его загрызли звери в горах, когда он уехал охотиться. А мама умерла через месяц после отца, не выдержав разлуки с ним, так как очень любила его. Как и он ее, - совсем грустно сказала Саярса. - Так что подробности знает только Сандар, но опять же со слов отца, и, возможно, еще советник Кираш. Должен знать. Он всегда в курсе всего.
О, боги! Как я могла забыть? Ведь Уршен говорил что-то такое. Так неловко вышло.
- Прости меня. Мне так неловко. Не надо было спрашивать. Пять лет очень маленький срок, и боль от утраты настолько близких людей наверняка еще сильна.
- Ничего, Анита. Ты ведь не знала об этом. Но почему ты так говоришь про утрату и боль, как будто точно знаешь каково это? Ты тоже кого-то потеряла? - чуть обернувшись ко мне, спросила девушка.
И я рассказала ей и про бабушку, которую очень любила. И про родителей, которые оставили меня в детстве. К концу моего рассказа у кадарки в глазах стояли слезы. Я решила, что хватит на сегодня грусти и воспоминаний и перевела разговор в другое русло:
- Саярса, а сколько тебе лет?
- Девятнадцать. А тебе?
Ух ты! Она еще и моложе меня, но кажется, намного более самостоятельная. Принимать решения и находить выход в сложных ситуациях кадарка точно могла. А вот я тем же похвастаться не могу.
- А мне двадцать один, - ответила я.
- И еще не замужем. И никто не настаивает. Вот повезло тебе! - с завистью в голосе протянула девушка.
- В каком смысле повезло? - я не совсем поняла этой ее фразы.