На шум вышла бабушка Тасьяна. Быстро завела нас в комнату с печкой. Меня посадили на лавку, а сами вышли во двор и о чем-то тихо разговаривали. А я плакала и все ни как не могла понять, почему меня бросают родители. Да, я, бывало, их не слушалась, но других-то из-за этого не бросают. Или это все виной мои видения…?
Я как ошпаренная подскочила с лавки и побежала на улицу:
- Мама, мама, я больше не буду их смотреть, я сделаю так, чтобы они не приходили, только не оставляй меня!
- Так будет лучше, рыжик. Слушайся бабушку. Я люблю тебя, - коротко обняла меня и стала уходить.
Я рванулась за ней, но бабушка удержала меня.
- Не трави себе душу, маленькая, так будет лучше.
Я билась в истерике, думая только о том, что мать бросила меня. На несколько мгновений мама обернулась, по ее лицу текли слезы, затем резко отвернулась и ушла. Такой я и запомнила ее. Светлые рыжеватые волосы, заплетенные в косу и слезы в светло-зеленых глазах. Больше я ее никогда не видела.
Я еще очень долго плакала в тот день, даже во сне. И весь следующий месяц был очень тяжелым для маленькой девочки, но бабушка Тася очень старалась, что бы я чувствовала себя любимой и, хотя бы капельку счастливой.
Только спустя год она призналась мне, что родители умерли от лихорадки, через месяц, после того как оставили меня здесь. Я рыдала. Оплакивала маму, папу и свои мечты, что когда-нибудь они приедут и заберут меня с собой.
Все проходит, и боль утихла со временем. Бабушка стала для меня самым родным человеком, другом и учителем.
Она учила меня разным гаданиям, предсказывать будущее по предметам, принадлежащим разным людям, искать потерянные вещи. А еще учила молчать во время внезапных видений, чтобы не пугать людей. Ведь люди достаточно суеверны, а многие и безграмотны, и испугавшись не понятного, вполне могут подпортить жизнь сплетнями о том, что ты ведьма.
А главное приучала договаривать предсказания до конца. Потому что у предсказаний могут быть дополнительные условия, нужные для того что бы они сбывались или продолжение без которого меняется весь смысл.
Также она пыталась обучать меня своему ремеслу, но дальше собирания трав и оказания первой помощи дело не пошло. Не способна я оказалась к целительству и заговорам. Ну и пусть! Мне бы со своими талантами разобраться... Один только контроль над видениями чего стоил. Зато теперь нет хаотично приходящих картинок, которые и важности-то никакой не имеют. Как шелуху отсеивают, так и я отбрасываю не нужные видения.
За то время, что мы жили вместе, люди из ближайшей деревни Крушино привыкли ко мне и за помощью приходили уже не только к Тасьяне. Ко мне обращались крестьяне за прогнозами погоды, путники узнавали, безопасна ли будет их дорога, невесты – счастливая ли будущая семейная жизнь и т.д.
Когда бабушка Тася умерла, и я осталась жить одна в ее избушке, то думала что же мне делать дальше, ведь людям стало не к кому идти со своими недугами и болезнями, а значит, про меня забудут. Но я ошиблась! Люди шли. И чем старше я становилась, тем больше людей доверяло мне и моим предсказаниям. А некоторые приходили просто излить душу, облегчить ту ношу, что камнем лежит на их сердце, даже если помочь я им ни чем не могла.
Каждый день хоть кто-то, но приходил. Даже просто узнать как дела. Но один день в году, целый день, никто не станет нарушать мой покой. Все местные жители, даже дети, знают, куда пойдет, и что будет делать местная предсказательница. И этот день уже почти заканчивается.
Солнце уже опустилось и висит низко над горизонтом, нужно идти домой.
- До свидания бабушка Тася! – прошептала, поправляя напоследок букет летних цветов, оставленных бабушке.
К избушке подошла уже в сумерках и, зайдя в дом, первым делом зажгла свечку, поужинала и легла спать.
Назойливый стук прорывался в мое сознание сквозь дрему, настойчиво, чего-то требуя от меня.
- Анитка, ну давай открывай уже! Сколько спать-то можно!? Я же сейчас лопну от избытка новостей! – окончательно разбудил меня голос с нотками смеха.
Вот теперь я уже окончательно проснулась, так как спать дальше при всем желании не получится. Если у моей единственной подруги Оланы душа требует что-то рассказать, то она не успокоится, пока ее не выслушаешь. Пришлось вставать и, закутавшись в шерстяной плед идти открывать дверь. Подруга, протиснувшись мимо меня, прошла в дом, продолжая что-то щебетать на ходу. Я не особенно вслушивалась в этот поток слов, зная, что еще не один раз услышу все подробности и, закрыв за ней дверь, быстро заползла обратно под одеяло, которое еще хранило мое тепло. Хотелось еще поваляться в постели, слушая болтовню Оланы, тем более еще раннее утро и я вполне могу себе это позволить.
- Нет, ну ты меня совсем не слушаешь!!! Неужели тебе нисколечко не интересно, что со мной случилось на ярмарке?
О, о! Ярмарка! Это вообще отдельная тема для разговора. Сколько оттуда привозилось новостей и сплетен, девичьих безделушек и дорогих вещей, а некоторые умудрялись привезти невесту или жениха.
- Слушаю, Ола, слушаю, – с улыбкой подбодрила я подругу.
