2304 год.Первые шаги в освоении аномалии космоса. Дальнее внеземелье преподносит людям множество непредвиденных опасностей, первопроходцев ждут катастрофы и встречи с новыми формами жизни, древними существами, обитающими в пространстве.
Тревога…
Слово билось в коммуникаторе гермошлема, неслось по каналам внутренней связи космического корабля, изливаясь из сотен электронных глоток, будило спящих, наполняя транспортные артерии крейсера стремительным движением: сотни людей облачались в гермоэкипировку и спешили занять свои места по боевому расписанию.
В главной ходовой рубке, напротив, царило относительное спокойствие — по крайней мере здесь не было заметно движения и суеты. Пять сложных противоперегрузочных пилот-ложементов располагались в одну линию, пересекая центральную часть полусферического помещения, три из них пустовали, два крайних были заняты — дежурный пилот и старший вахтенный офицер сосредоточенно работали, противодействуя внезапно возникшей угрозе.
Корабль двигался через пространство аномалии космоса, потому сегменты куполообразного потолка и стен, составлявшие огромный экран обзора, демонстрировали лишь мрак.
На панелях управления, среди приборов навигации, предназначенных для полета в трехмерном континууме, выделялась подсвеченная изнутри сфера масс-детектора, демонстрирующая плавное перемещение сложного узора горизонтальных и вертикальных линий.
Три из них опасно приблизились к маркеру, обозначающему сам корабль. Именно это неожиданное сближение явилось первопричиной сигнала тревоги…
…Люди осваивали пространство гиперсферы не первый десяток лет, но полностью постичь все законы физики аномального пространства пока не удавалось. Ярким примером тому могли послужить сотни колониальных транспортов-невозвращенцев, канувших в пучинах «Изнанки Космоса» в период так называемого Великого Исхода, когда открытие феномена гиперсферы подвигло часть человечества покинуть прародину в поисках своей Земли Обетованной.
Нашли они ее или нет, оставалось лишь гадать — ни один транспорт не вернулся в границы Солнечной системы, от них не приходило никаких сигналов, и колониальный бум постепенно сошел на нет, оставив пять баснословно дорогих кораблей на парковочных орбитах Урана. Спустя полвека после знаменитого полета «Ванкора» никто уже не верил, что звезды стали близки и доступны — удручающая статистика невозвращенцев свидетельствовала об обратном.
Однако со стартом последнего транспорта исследования аномалии космоса не прекратились, они лишь перешли в качественно иную фазу. Теперь гиперсферой занялись военные, — после конфликта с поселенцами лун Юпитера был окончательно сформирован Земной Альянс, в состав которого вошли все внутрисистемные колонии, и перед руководством ВКС была поставлена задача — провести широкомасштабные исследования в области аномальной навигации. Весь проект, рассчитанный на долгосрочную перспективу, был тщательно засекречен, Всемирное Правительство не желало повторения ошибок прошлого, когда непроверенная, а зачастую откровенно ложная информация, умело преподанная при помощи рекламы, уводила в неизвестность миллионы людей, баснословно обогащая при этом так называемые фирмы-отправители, строившие колониальный транспорт и обещавшие своим клиентам мгновенный прыжок к райским планетам, якобы исследованным автоматическими кораблями вроде «Ванкора» — единственного автоматического разведчика, которому действительно удалось совершить серию гиперпрыжков и вернуться в границы родной системы.
Теперь все это принадлежало истории.
Земной Альянс развивался: усвоив основополагающие принципы аномальной физики, конструкторам военно-промышленного комплекса удалось создать эффективные пробойники, воздействующие на метрику, после чего началось медленное, осторожное освоение гипердрайва.
В глубокий космос было отправлено несколько сот автоматических станций. Удаляясь от Солнечной системы, они в конечном итоге достигли заданных точек маршрута, замкнув сферу диаметром в двадцать световых лет. Теперь в распоряжении навигационного отдела штаба флота появились реальные гиперпространственные маяки, связанные с точно известными координатами трехмерного континуума. Станции посылали в пространство аномалии постоянный сигнал, который служил безошибочным ориентиром для навигаторов флота.
Первым реальным плодом многолетних усилий стало не только открытие гиперсферной связи (свойства аномалии проводить информационные пакеты данных, не искажая их), но и создание опорной базы космофлота на Новой Земле — второй планете системы Проксимы Центавра. Этот кислородный мир не требовал глобального терраформирования для массового заселения.
