Эхо словно лезвие разрезало тишину, но ответа не последовало. Я подождал несколько минут и уже собрался зайти в челнок, как вдруг с высокого здания с тревожным криком сорвалась небольшая птица. Громко хлопая крыльями она быстро улетела прочь.
- Корунка. – тихо сказал Рр-кхасса за спиной. – Что-то напугало ее.
- Да, но я не вижу никого. – спокойно ответил ему я. – Как Рр-аука? Доктор осмотрел ее?
- Она в порядкке… Будет… - Рр-кхасса хотел еще что-то сказать, но, видно, словарного запаса ему не хватало. – У тебя почти получилось сказать на языке аморакхал. Тренируйся.
- У меня хороший учитель! – улыбнулся я другу. – Сколько лет Рр-ауке?
- Лет? – задумался он.
- Циклов, лет. Сколько прошло времени от рождения?
- Если лет, как у вас, то десять и два.
- Десять и два? Двенадцать? – догадался я.
- Двенадцать. – подтвердил он.
- Совсем еще ребенок! Рр-кхасса, мне очень жаль, что ей пришлось такое пережить. И я очень рад, что мы нашли ее! И мы ее, конечно, не бросим.
- Я тебе очень благодарен!
- Ну, что? В центр управления полетами? Попробуем узнать, что здесь произошло.
- Я подумал, может мы сначала полетим в Храм Предтеч? Может кто-то там есть?
- Как скажешь Рр-кхасса. Как скажешь. Ведь это твой дом.
- Мы могли бы идти пешком. Может кого-то еще встретим.
- А вот это вряд ли. Ты уж извини, но город твой мне не кажется дружелюбным. По крайней мере сейчас.
- Можем пойти только ты и я. – настаивал он. – Команда на челноке будет в безопасности.
- Так, я понимаю, что тебе очень хочется разобраться с ситуацией поскорее, но давай будем объективными. Ты единственный, кто говорит и на языке аморакхал, и на человеческом. Если ты погибнешь, то у нас будут серьезные проблемы при встрече с твоими земляками! – я не собирался рисковать ни Рр-кхасой, ни собой, ни кем-либо из команды. – Да и подумай о Рр-ауке! Представь каково ей будет находиться среди совершенно чужих существ? Да она же боится нас!
Рр-кхасса задумался, а потом, коротко кивнув, отправился в челнок. Я же так и остался стоять посреди улицы, разглядывая незнакомую архитектуру. На самом деле, я старался отвлечься от той непростой ситуации, в которую мы попали. Чужая планета. Она для нас очень опасна по многим причинам. И самая опасная это их воздух. А вернее то, что в нем живет. Я надеялся, что мы сразу же отправимся в их медицинское учреждение, где нас смогут вакцинировать, но... Судьба распорядилась иначе. Мы сейчас даже на корабль вернуться не можем, ибо если мы чем-то заболели, то можем заразить весь экипаж. Придется сидеть в карантине. Надо подумать, как это организовать не входя в корабль.
А пока, просто полюбуемся новой планетой. Я вздохнул полной грудью. Да уж, эта планета даже пахнет иначе. Я плохо помню, как пахло на Земле. Но зато отлично помню, каким странным для меня казался воздух Апельсина, полный ярких, разнообразных ароматов, в отличие от стерильного воздуха лунной станции и корабля, на котором мы туда прибыли. Это даже стало на какое-то время проблемой для нас. Люди по-разному реагировали на запахи. У кого-то болела голова, кто-то был раздражен, а у кого-то была полная эйфория, которая отвлекала от работы и создавала опасные ситуации.
Так странно. Люди добились таких высот, но на другие планеты мы стали летать только тогда, когда почти упали в пропасть. Только на грани гибели наш мозг работает на полную катушку. Ведь в полном благополучии мы расслабляемся, раскисаем, перестаем думать и бороться. И наоборот, чем больше препятствий, опасностей и задач, тем сильнее мы становимся. Страх и агрессия стали нашим двигателем.
В хорошие времена рождаются счастливые, но слабые люди. В плохие времена – несчастные, но сильные. Какой путь правильнее? Хорошо ли подвергать молодое поколение опасностям, чтобы они смогли вырасти сильными людьми, способными находить неординарные решения? Способными творить? Или пусть себе нежатся и мякнут ровно до тех пор, пока в их дом не придет беда, а там – да, здравствует естественный отбор? Трудный выбор. Ни одно живое существо добровольно не захочет подвергать свое потомство опасностям и трудностям. Так что делать? Как не ломая психику вырастить детей борцами?
- М-арррк, пора. – позвал Рр-кхасса из челнока.
Я вдохнул сладковато-пряный запах чужого города и повернулся к челноку, чтобы подняться на его борт. Действительно, пора! Шлюз челнока находился всего в паре шагов от меня. Всего пара секунд отделяла меня от безопасной брони нашего транспортника, но я все равно не успел.
Я мало помню Исход с Земли, мне было всего пять лет. Помню лишь, что все твари планеты в один момент решили избавиться от человека. Человек, который много сотен лет считал себя венцом творения, который считал, что Земля создана для исполнения всех его прихотей, был изгнан из своего дома. Нас тогда почти уничтожили. Почти.
