Яна смотрела на Вейкина во все глаза. Как же ей хотелось сказать ему, что она борется не за чужого человека, а за его настоящую мать. Да, Мартин этого не знал, но она знает и не сможет спокойно жить, всё время думая о том, в каких условиях существует мать ее самого любимого человека.
– А где ты ее разместишь? И вообще, зачем тебе все это? – не унимался Мартин.
– Она спасла мне жизнь! Если бы не Мария Алексеевна, мы бы с тобой сейчас не разговаривали. Я не собираюсь поселить ее у себя – слишком бурная у меня жизнь, да и домоправительница моя не самый весёлый человек. Я Марии Алексеевне сниму рядом квартиру и буду за ней присматривать.
– И куда сейчас? – спросил Мартин.
– Так к ней! Поехали ее уговаривать! – воскликнула Цветкова.
– Ты сумасшедшая, – покачал он головой.
По дороге они еще раз десять поспорили, но в итоге сошлись на том, что нельзя ехать в дом престарелых с пустыми руками. Заехав в супермаркет, они накупили чая, шоколадных конфет, печенья…
Когда они появились в комнате Марии Алексеевны, та как всегда сидела и вязала.
– Яночка, вы? – обрадовалась она, но тут ее взгляд остановился на Мартине.
Мария Алексеевна сразу же как-то поникла и схватилась за сердце.
– Я за помощью! – крикнул Мартин.
– Давай!
Он бросил пакеты и выбежал в коридор.
– Господи, Мария Алексеевна! Что с вами? – кинулась к ней Яна.
– Что-то голова закружилась. Сын… я вот так вижу его впервые. Он пришёл…
– Мартин ничего не знает. Стефания Сергеевна запретила мне говорить. Но рано или поздно правда всё равно выйдет наружу. Вы только соглашайтесь на мое предложение.
– На что? – не поняла Мария Алексеевна.
– На всё! – ответила Цветкова.
Тем временем Мартин привёл дежурную медсестру. Та неохотно принялась осматривать пациентку, но когда Мартин положил ей в карман пять тысяч рублей, процесс пошёл гораздо живее.
Мартин поправил подушку под головой Марии Алексеевны. Где-то нашли еще один стул, и теперь Мартин и Яна сидели возле кровати, на которой возлежала Мария Алексеевна.
Добрую долю привезённых гостинцев Мартин отдал медсестре, чтобы она раздала всем старикам. Марии Алексеевне поставили капельницу с сердечными средствами, измерили сахар и давление. Все показатели были более-менее нормальные.
– Будем считать, что успели предотвратить сердечный приступ, – сказала медсестра. – Вот все ругают наш дом. Ремонта нет, персонала не хватает, питание плохое. Но кто пойдёт за двадцать тысяч ухаживать за больными, немощными стариками? Вертимся как можем!
– Спасибо за ваш труд. Марии Алексеевне очень повезло, – совершенно серьёзно ответил Мартин.
– Ну, всё под контролем. – Медсестра игриво посмотрела на Мартина и вышла из комнаты.
– Поразительно, – вздохнула Цветкова. – Ты производишь впечатление на всех женщин без исключения.
– Я заметил, – засмеялся Мартин. – Но мы здесь не для этого. Скажи Марии Алексеевне о своём решении.
Яна взяла Марию Алексеевну за руку и сказала, что хочет забрать ее с собой в Москву.
Следующие полчаса ушли на объяснения и уговоры.
Мария Алексеевна очень разволновалась.
– Господи, бедная девочка. Зачем тебе это? – повторяла она раз за разом, слушая объяснения Яны.
– Вы станете жить отдельно, но никогда не будете одиноки. Я чувствую, что не могу поступить по-другому.
– Вы доверьтесь ей. Яна – очень хороший человек, а главное, честный. Если обещает что-то, так и будет, – вступил Мартин. – И я ее никогда не оставлю и, если что, всегда помогу.
– Ребята, вы потрясающая пара, – засмеялась Мария Алексеевна. – Но какая Москва? Навестили старуху, и ладно…
В общем, пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить Марию Алексеевну хотя подумать над предложением Яны.
– Документы ваши где? – спросил Мартин.
– Паспорт должен быть у заведующей этой богадельней. Но я могу его взять в любой момент, – заверила их Мария Алексеевна.
– Вот и славно, – заулыбалась Яна, понимая, что лёд тронулся и Марию Алексеевну можно будет уговорить.
– Я так соскучилась по людям, особенно молодым. Общение с молодыми лучший стимул к жизни.
– Мы не совсем молодые, – заметила Яна.
– Для меня – молодые, – отмахнулась Мария Алексеевна. – Расскажите, чем вы занимаетесь? Яна, для чего ты приехала в Питер?
– А вы уверены, что это вам будет интересно? У нас такая запутанная история, – сказала Цветкова.
– Мне всё интересно!
Яна с Мартином переглянулась и поняли, что просто так им не уйти. В глазах Марии Алексеевны загорелся огонёк, а это дорогого стоило. И они принялись наперебой рассказывать ей обо всех приключениях, которые им довелось пережить за последнее время.
– Да, – задумалась Мария Алексеевна, – ревность – страшное чувство. Ревность жены, матери, любимой… Она застилает глаза, и ты не видишь истину, она душит тебя и уничтожает. Хорошо, что вы во всем разобрались.
– Да, хорошо всё то, что хорошо заканчивается, – заметила Цветкова.
– А Яна не держит зла на мою мать и не будет писать заявление на Настю. Вот такой она великодушный человек, – сказал Мартин.
