– Ты что, не знаешь, где у вас тут лучший отель? – обнял ее за талию Мартин.
– А зачем нам отель? – не поняла Цветкова. – У меня вообще-то здесь мама живёт.
– Ты будешь меня знакомить с будущей тёщей? – сделал испуганное лицо Мартин.
– Она в отъезде, квартира пустует. Нет, если вы привыкли жить в роскошных апартаментах, то вам, сударь, не ко мне. Могу сказать, где находится гостиница «Интурист». Одна из лучших в советские времена была. Бар, ресторан, караоке, девочки…
– Вот с этого места поподробнее. А с зелёным личиком там есть? – серьёзно спросил Мартин.
– Это вряд ли, – вздохнула Яна.
– Тогда я останусь со своим эксклюзивным вариантом, – ответил он.
– Мартин, мама живёт в обычной двухкомнатной квартире в панельном доме.
Вейкин резко остановился и посмотрел ей прямо в глаза.
– Ты серьёзно думаешь, что мне нужна какая-то роскошная обстановка?
– Ты привык так жить. А тут совдепия, – ответила Цветкова.
– Яна, я год просидел в выгребной яме! О чем ты говоришь? Я буду счастлив оказаться в квартире, где ты выросла.
– В к-какой яме? – заикаясь, спросила Яна.
– Это в плену было, – засмеялся Мартин, обнимая ее.
– Ты никогда мне об этом не рассказывал, – сказала она, утыкаясь ему в грудь.
– Вот когда состаримся и долгими зимними вечерами будем сидеть у камина и попивать глинтвейн, я стану утомлять тебя рассказами о своём героическом прошлом. Хотя это не то, чем я хотел бы делиться с тобой.
– Как ты выжил? – спросила Яна.
– Если бы в то время я знал тебя, стимул к выживанию был бы намного сильнее, – засмеялся Мартин, переводя всё в шутку. Он явно не желал говорить о том аде, который ему пришлось пережить. – Цветкова, у меня к тебе вопрос.
– Да?
– Почему в плену был я, а зелёного цвета ты? – уже в голос смеялся он.
– Пошляк! – стукнула его кулачком в грудь Яна, еле сдерживая смех.
– Ключ от родного дома у меня всегда с собой, – сказала Яна, стоя перед квартирой матери. – Сейчас мы с тобой устроимся, отдохнём…
– Ой! – резко вскрикнул Мартин.
Яна обернулась и увидела, что он скрючился, как знак вопроса, и держится за поясницу.
– Что случилось? – подбежала к нему Яна.
– В спину резко вступило, такая боль… Где тут кровать?
– Сейчас дверь открою!
– Ой, не могу… Больно!
– Тихо-тихо! Сейчас… давай к маме в спальню. – Яна подставила Мартину хрупкое плечо.
– Да, давай в спальню, – согласился Мартин, слегка опираясь на Яну.
– Пожалуйста, потерпи. Сейчас ляжешь. Мартин, миленький, терпи… – суетилась Яна. – Может «Скорую»?
– «Мартин», «миленький» – мне нравится! – Вейкин вдруг подхватил ее на руки, с силой прижимая к себе и страстно целуя. – Сколько можно издеваться?
Яна потеряла связь с землей, точнее, с полом, так как взметнулась вверх, словно лёгкая бабочка в его сильных руках.
– Как же я по тебе соскучился… – Мартин ворвался в спальню, положил Цветкову на кровать и скинул с себя куртку. Глаза его горели.
Свет в комнате он не стал включать, потому что не знал, где находится выключатель, да и не до этого было.
«Хорошо, что не включил свет, его зелёное лицо будет отвлекать», – подумала Яна.
Она понимала, что уже никуда от него не денется. От любви и энергетики Мартина было не устоять. Тем более, что ее сердце было открыто ему навстречу. Яна начала раздеваться. Мартин, целуя ее непрерывно, помогал освободиться от одежды. Внезапно Цветкову точно током ударило – она присмотрелась и в полумраке увидела на полу женщину, которая смотрела на них стеклянными глазами.
Яна заорала так, что Мартин вздрогнул и вскочил как ошпаренный. Он проследил за взглядом Цветковой и тоже заорал.
– Кто это?! – вопила Яна, дрожа всем телом.
Мартин первым пришёл в себя.
– Если не узнаешь, значит, не твоя мама, и это уже хорошо. – Он отодвинул трясущуюся словно в лихорадке Яну в сторону, зажёг свет и осмотрел мёртвую женщину.
То, что незнакомка была мертва, ни у кого бы не вызвало сомнений.
– Это молодая девушка. Ты ее знаешь? – спросил Мартин.
– Почему я должна ее знать?! – тряслась Яна.
– Ну, наверное, потому, что она находится в квартире твоей мамы. – Мартин взъерошил пятерней густые волосы, убирая их со лба.
Яна внимательно посмотрела на мёртвую девушку.
– Я вижу ее в первый раз.
– Точно?
– Точно. А от чего она умерла? – осторожно поинтересовалась Цветкова, понемногу приходя в себя.
– Боюсь ошибиться, но думаю, что ее задушили…
– Что же делать? – растерялась Яна. – У меня есть знакомые следователи и патологоанатомы, но все они в Москве.
– Яна, мы же не повезём труп в Москву твоему Виталию Николаевичу. Мол, вот тебе «подарок», разбирайся… Ладно, сейчас я позвоню кое-кому, – сказал Мартин и вышел на кухню.
Яна подошла к окну и открыла форточку. Ее мутило. На труп она старалась не смотреть, но эта бедная девушка стояла у нее перед глазами.
Мартин вернулся в комнату и произнёс:
– Букет.
– Не смешно, сейчас не до цветов. Ты еще шампанского предложи, – ответила Цветкова, кутаясь в материнскую шаль.
– Букет Борис Владиславович, следователь, к которому мне посоветовали обратиться. Сейчас буду ему звонить, – пояснил Мартин, косясь на труп.
Яна подошла к Вейкину и прижалась к нему крепко-крепко.
