— Когда большинство клеток заражено, мортис пробирается к мозгу, который полностью «переформатирует» и «перепрошивает», выражаясь терминами компьютерных наук. Теперь жертва вынуждена тратить энергию только на добычу новой энергии, при этом она становится максимально пассивной. Большинство чувств потухают. Зрение и нюх зачастую пропадают. Но обостряется слух. Однако все преобразования индивидуальны, и, как выявлено, зависят от физиологии организма. Всё это может оказаться ложной информацией! — Она вскинула руки. — Но больше мы не смогли собрать. Да и нет, наверное, уже никаких «мы». Где сейчас все учёные — неизвестно.
— Я видел коконы и каких-то непонятных тварей.
— Коконы?
— Так мне показалось.
Елисей рассказал о том, что случилось в городе перед тем, как они покинули его вместе с Яной.
— Я подумаю над этим. Вероятно, мортис не прекращает мутации. Эх, жаль нет рядом тех, кто думает над теми же проблемами. Последними, кто работал над изучением мортисов, были я и мой отец. Но потом он заболел… Но у меня нет доступа к лаборатории. Её захватили заражённые.
— А есть другие учёные, кто занимается разработкой лекарства?
— Говорю же, не знаю.
— Ты слышала что-нибудь про «Ветвь Ивановского»?
— «Ветвь Ивановского»? Нет. Но Ивановский, Дмитрий Иосифович, — микробиолог, он положил начало вирусологии. А ты что-то об этом знаешь? — спросила Анна.
— Почти ничего. Я услышал от Петра. По радиоприёмнику. Уже не помню, но говорилось что-то о учёных и военных.
— Если размышлять логически, то «Ветвь Ивановского» — какая-то организация, занимающая делами, связанными с вирусами, то есть наверняка с мортисом. Они ищут лекарство? Там нужно их найти!
— Я такого же мнения. Но я даже не представляю, с чего начать. Яна, — Он глянул в сторону лазарета. — ей всё хуже.
— Я знаю расположение большинства крупных научных лабораторий страны. Мы можем наведаться в ближайшие. Быть может, найдём нечто полезное или даже зацепки, как-то относящиеся к «Ветви Ивановского». Не знаю, что они из себя представляют, но если назвались так серьёзно, и если у них есть мощный радиоприёмник, способный достать до нас, значит они что-то из себя представляют.
— Откуда начнём? — без лишних вопросов спросил Елисей.
— С Уральского Инновационного Микробиологического Комплекса. Пару часов пути, я думаю. Он неплохо скрыт, но добраться туда не сложно, если знаешь дорогу.
— Бойцы, я вновь собрал вас. Впереди нас ждёт серьёзная миссия. По данным нашей разведки, как вы прочем уже знаете, был обнаружен потенциальный объект нашего будущего базирования…
— А можно без унылых и учёных слов? — встряла в речь Волшебница, пытаясь выражаться более мягко и задорно.
Лампочка, болтающаяся над потолком, дважды заискрилась.
— А до вас не доходит что ли? — усмехнулся Пётр. — Ну так тому и быть, буду говорить проще, авось и до далёких дойдёт. Так, значит, новый лагерь — вот что мы можем себе устроить. Но есть трудность: там замечены заражённые. Придётся неплохо попотеть, выселяя их оттуда. А после убираться после них. Но оно того стоит! Ведь атаковать мы будем аккумуляторный завод. Очень хорошее, обороняемое место, когда-то. Но мы наведём там ещё марафет!
— Звучит неплохо, — откликнулся Михаил.
— Вы, наверное, пока не понимаете. Эх, сейчас я вам покажу.
Он направился к столу, обошёл его и что-то нащупал под ним. Он достал и демонстративно поставил на стол большой военный дрон.
— Так-так-так!.. — насторожился отряд в ожидании чего интересного.
— Дрон, как видите. Он заснял завод. Нам даже удалось пробраться внутрь, правда, не слишком глубоко. Знаете ли, они, заражённые то есть, начали на него бросаться, хотя дрыхнуть должны. Ну, Герман, подтверди!
— Да-да, думали, вовсе дрон посеем, но нет, выбрался, миленький.
— А дрон — это серьёзно, — заявил Егор.
— Он огромное преимущество над противником, — согласился Пётр. —Герман, запускай шарманку!
Герман вышел в одну из комнат и через миг вернулся со стулом и проектором в руках.
— Да, тот самый проектор, который вы зачем-то загребли в школе. И вот, пригодился, — сказал Пётр.
Герман расположил устройство на стуле, подключил к источнику питания и запустил.
На белой стене рядом с Петром и его столом появился чёрный квадрат.
— Так, Малевичем нам любоваться некогда, нам бы…
— Да-да, карта памяти, — пробурчал под нос Герман.
Он изъял из дрона крошечную пластинку и вставил в порт у проектора. Пару раз нажал какие-то кнопочки и на стене заиграло видео, зафиксированное дроном.
— Пролистай сразу до завода.
— Да-да.
— Вот он! Красавец. Останови, когда он будет сверху. Отлично! Глядите ровненький квадрат. Заражённых не видно, значит дрыхнут. Я не знаю всех планов здания, но помню, что его точно закрыли, причём не так давно. Нас девять. Надеюсь, насобираем ещё среди добровольцев. Можно попытаться выйти на связь с другими убежищами, возможно, им будет интересно. Но я не знаю, есть ли, кто находится рядом с нами. А интернета так и нет. Вот так обстоят наши дела. Теперь по плану.
— А когда выдвигаемся?
