– Именно поэтому ты представил меня своим родителям как художницу. – Выпрямившись, она сделала шаг назад. – По крайней мере, назвав нас друзьями, я дала твоим родителям понять, что мы не просто два профессионала, работавшие какое-то время в одном здании.
Вон почувствовал, как она от него отдаляется, и его пульс участился. Он не был к этому готов. Особенно сейчас, когда ему нужно было защищать ее от опасности в лице Рича Лоуэлла.
– Я не стал все объяснять родителям, чтобы не ставить тебя в неловкое положение. Мы с тобой не обсудили заранее, как нам следует себя вести в подобных ситуациях. Я не знал, как ты предпочла бы быть представлена, поэтому решил выбрать что-то нейтральное.
Эбигейл закрыла глаза на мгновение. Когда она снова их открыла и посмотрела на него, выражение ее лица было серьезным.
– То есть ты меня защищаешь. – Она кивнула. – Я могу это принять и даже могу быть тебе за это благодарной. Но это никак не меняет того, что моя жизнь скоро сильно усложнится. Я не могу себе позволить испытывать чувства к человеку, который не готов постоянно быть частью моей сложной жизни.
Группа на сцене начала играть популярную песню, и с танцпола донеслись одобрительные возгласы.
– Ребенок – это не сложность. – Его взгляд упал на ее живот, и он вдруг подумал, что ему захотелось на мгновение сказать своим родителям, что это его ребенок. – Ты станешь замечательной матерью.
Эбигейл грустно улыбнулась в ответ.
– Это не меняет того, что ты не хочешь продолжительных отношений.
– Как я могу их хотеть, когда я не могу спокойно спать по ночам? Я взрослый мужчина, который не может обходиться без помощи служебной собаки. Который работает как проклятый, потому что считает, что его профессиональные навыки – это все, что он может предложить людям.
Нахмурившись, Эбигейл положила ладонь ему на грудь.
– Это неправда.
– Каждое из этих слов чистая правда. – Он не стал бы лгать ни ей, ни самому себе. – Дело не в том, что я не хочу быть частью твоей жизни. Я просто не хочу быть мрачной тучей, нависшей над твоим счастливым будущим.
Он подумал о ее творениях и о людях, которым нравится смотреть на мир ее глазами. Ее работы полны радости и оптимизма. Мир Эбигейл – это радостный мир, наполненный сказочными существами. Его мир – это то, из-за чего он боится уснуть.
– Я не могу тебе позволить рискнуть, когда ты к этому не готов, – сказала Эбигейл, убрав руку. – Я надеялась, что на следующей неделе ты сходишь со мной на УЗИ. Что ты будешь рядом, когда я наконец узнаю пол ребенка. – Она снова закусила губу. – Но я понимаю, что у тебя есть свои проблемы, и не хочу создавать тебе новые причины для стресса.
– Это… – Он не мог выразить словами, как много для него значит то, что она хочет, чтобы он был рядом с ней в кабинете УЗИ. Жаль, что он уже сказал ей, что он был бы для нее лишь помехой.
– Все в порядке. – Она сделала шаг назад. – Ты ничего не должен мне объяснять. Я поехала домой.
Вон понял, что она имела в виду, – она только что с ним попрощалась.
– Мне жаль, Эбигейл.
– Мне тоже, Вон. Даже больше, чем ты можешь себе представить.
Сидя в смотровом кабинете в ожидании УЗИ, Эбигейл перечитала сообщение, которое прислал ей Вон после летнего праздника в госпитале.
К сообщению было приложено фото, на котором он был вместе с Руби.
Когда Эбигейл в тот вечер уходила с праздника, у нее было такое чувство, что они с Воном расстались навсегда. А затем она получила сообщение, в котором он выразил желание быть рядом с ней в столь важный для нее день.
Улыбнувшись, она провела пальцами по экрану и увеличила изображение. Вон сфотографировал их с Руби в гостевой спальне, в которой Эбигейл недавно провела ночь. Фото глубоко тронуло ее. Заставило ее понять, чего ей не хватает. Дало ей надежду на то, что Вон решительно настроен на борьбу с посттравматическим стрессом. До сих пор он, несмотря на имеющееся у него разрешение, отказывался брать Руби в госпиталь, словно стеснялся того, что пользуется помощью специально обученной собаки. Сегодня он был готов взять ее с собой.
Кабинет УЗИ находился в том же крыле, что и кабинет Вона. Он поменялся сменами с другим хирургом, чтобы быть сегодня с Эбигейл. Несколько минут назад он написал ей, что будет с минуты на минуту.
Когда в дверь постучали, она убрала телефон.
– Войдите.
– Вы переоделись? – спросила Лесли, технический специалист, вернувшись в кабинет. Она дала Эбигейл более чем достаточно времени для того, чтобы переодеться в больничную рубашку.
– Это хорошо, потому что к нам сейчас присоединится знаменитость нашего госпиталя.
Лесли открыла дверь, и в нее вошел Вон в сопровождении Руби. В темных брюках и синей рубашке поло он был так сексуален, что у Эбигейл перехватило дыхание. Она не могла отвести от него взгляд.
– Спасибо, что позволила нам прийти сюда. – Наклонившись, Вон поцеловал Эбигейл в щеку, а затем нежно провел пальцами по ее лицу.
От его прикосновения по ее коже пробежал электрический разряд.
– Я рада видеть вас обоих.
– Мы по тебе скучали.
