— Как будто ты станешь трахаться, малышка. Ты будешь играть по моим правилам, но получишь то, что хочешь, я обещаю. Брось мне вызов, и я подведу тебя прямо к краю и отступлю. И буду делать это снова и снова, пока ты не решишь, что больше не можешь этого выносить. Ты меня понимаешь? Слушаешь меня?
Ее глаза широко раскрыты, но не от страха. Сойер заводится от того, что я требую чего-то от нее и ее тела. Ей особенно нравится, когда я требую от нее оргазмов. Но прямо сейчас воздерживаюсь от оргазмов, пока она не заговорит.
— Отлично. Я слушаю, — отвечает она спустя, как мне кажется, несколько минут, но, вероятно, прошло всего несколько мгновений.
Сделав глубокий вдох, я ищу губами местечко у нее между ног. Покрывая поцелуями ее бедро, спускаюсь к колену, потом снова поднимаюсь к бедру, сдерживая смех, когда Сойер протестует, но терпеливо ждет. Она знает правила игры.
— Ты мне нравишься здесь, в моей постели, — это все, что я в состоянии выдавить из себя, когда прижимаюсь языком к ее клитору в долгой, томной ласке. Продолжая в том же духе, я ввожу палец в ее влагалище. — Ты такая чертовски мокрая. Это все для меня?
— Это был твой вопрос? — только и может простонать эта приводящая в бешенство женщина, когда загибаю пальцы, ударяя по ее точке G, языком все еще лаская клитор.
— Перестань быть занозой в моей заднице. Переезжай ко мне, — рычу я, уставившись на нее и наслаждаясь моментом, когда до нее доходит, о чем я только что спросил. Сильнее прижимаясь к ее клитору, большим пальцем медленно массируя, обводя кругами, постепенно подводя ее все ближе и ближе к оргазму.
— Ты хочешь, чтобы я переехала к тебе? — спрашивает она, и на ее лице уже появляется широкая улыбка.
Меня охватывает облегчение, когда вижу, что она улыбается.
— Да, малышка. Я хочу, чтобы ты переехала ко мне и Рори. Ты — та часть нас, о которой мы и не подозревали, пока не нашли тебя.
— Конечно, я перееду, Рекс. — Сойер поддается вперед, как раз в тот момент, когда я прижимаюсь к ее клитору, наконец-то, доставляя ей оргазм, которого она жаждала.
Черт возьми, я от нее без ума.
— Переезжай на этих выходных.
Вскинув голову, она выглядит совершенно довольной после оргазма, но в то же время шокированной.
— В эти выходные? Ты с ума сошел? Срок моей аренды истекает в августе. Тогда я съеду. Я не собираюсь бросать Кэсси.
— Это пять месяцев. Слишком долго. Два месяца, — ворчу я. Не желаю ждать так долго, хочу ее в моей постели каждую ночь. Хочу видеть её зубную щетку в моей ванной, ощущать ее запах на подушке. Черт возьми, я даже хочу натыкаться повсюду на её проклятые волосы, потому что это означало бы, что она здесь. Что она моя.
— Четыре.
— Сойер…
— Три. Окончательное предложение. Я перееду сюда в начале июля. Это даст Кэсси время решить, хочет ли она остаться на старой квартире и найти новую соседку по комнате.
— Отлично. По крайней мере, ты переезжаешь сюда. — Я не могу сдержать улыбку и, наверное, веду себя как десятилетний ребенок, но мне наплевать. Я так рад, что моя женщина появилась в моей жизни, и не могу дождаться, когда она переедет ко мне. Как раз в этот момент слышу легкий стук в нашу дверь — Рори проснулась.
— Входи, милая, — зовет Сойер, пока надевает пижаму.
— Привет, папочка, привет, Сойер, — улыбается Рори, забираясь на кровать. — Я хочу блинчиков. Можем ли мы испечь блинчики? Пожалуйста, папочка, мой животик проголодался, и я хочу блинчиков.
— Хорошо, милая. Почему бы тебе не включить мультики, пока я встану, а потом пойду испеку блинчики.
— Хорошо, папочка. Но можно нам посыпать? Посыпка делает блинчики такими вкусными.
— Она не ошибается, посыпка делает все вкуснее, — с улыбкой соглашается Сойер.
— Хорошо, мы можем посыпать блинчики, — я стараюсь говорить как можно суровее, но это не получается, судя по улыбкам моих девочек.
— Давай присядем на диван, пока ждем, когда твой папа встанет, мне нужен кофе, — предлагает Сойер, ожидая, пока Рори покажет дорогу.
Когда смотрю, как мои девочки выходят из комнаты, еще раз благодарю провидение за каждую ошибку, проблему и неверный поворот, которые совершил в своей жизни, потому что это привело меня к этому моменту. Прямо сейчас я нахожусь именно там, где и должен, рядом с двумя моими любимыми девочками.
Я просто не могу дождаться, когда Сойер переедет ко мне насовсем. Мне не терпится рассказать нашим друзьям об этом сегодня вечером, когда все соберутся у нас дома.
Это навсегда. Она моя.
СОЙЕР
— Ро, ты уверена, что мы не можем накрасить прозрачным? А если синий цвет без всего этого блестящего дерьма? — Макс стонет с пола.
— Это папино слово, ты не должен так говорить, — небрежно отвечает ему Рори, даже не поднимая глаз. Она сидит на полу и красит ему ногти. — И нет, дядя Макси. Блестящие блестки создают цвет, к тому же это о-о-очень тебе идет, тебе не кажется?
