Но чтобы настолько… Кто-то пытался манипулировать ее сознанием. И Пола ни за что бы не подумала, что муж опустился бы до такого. Да и с чего бы?
А вот в самолюбии Томми точно не откажешь. Его реакция на слова Полы лишний раз это доказала.
– Раньше все было иначе, – отметила она вслух. – Не знаю, в ком дело, в тебе или во мне, но что-то явно поменялось.
Раздался звук смыва в унитазе и шум воды из крана. Томми либо ее не услышал, либо решил проигнорировать.
Ветер слегка утих, и Анна, натянув украденную прорезиненную куртку, взяла полотенце, подушку и вышла на балкон.
Она расстелила полотенце, положила на него подушку и опустилась на колени. Застыла, прислушиваясь, не вышел ли на балкон кто-нибудь из соседей. Анне показалось, что из люкса «Экспедиция» раздается пронзительный, до смерти напуганный голос Полы, но слов она разобрать не смогла и ответных реплик Томми не услышала.
Убедившись, что никто ей не помешает, Анна принялась раскручивать болты. Ее пальцы почти сразу стерлись до волдырей. Руки настолько онемели от холода, что их даже не щипало. Анна вообще очень редко чувствовала боль. Но смущало то, что мозоли плохо сочетались с образом элегантной бизнесвумен, за которую она себя выдавала.
Несмотря на то что за ужином Анна съела небольшой кусок мяса и салат, работа оказалась даже тяжелее, чем она рассчитывала. Приходилось постоянно делать передышки. Но расслабиться не получалось, потому что времени до рассвета оставалось мало. В ночь, когда они переспали, Марк сказал, что в этот день у него будет выходной. На его губах играла самодовольная усмешка, – видимо, был уверен, что Анна с радостью побежит к нему при первой возможности.
Но завтра Марка ждали на рабочем месте, а когда он не явится, тут же начнутся вопросы. Возможно, уже начались. Анна знала, как это принято у коллег: обычно они общаются друг с другом даже во внерабочие часы, а в замкнутом пространстве круизного лайнера и подавно.
Анна обернулась и окинула взглядом тело. Да, нужно покончить с Марком сегодня. Рискованно оставлять его в номере еще на одну ночь. Она склонилась над перилами и с удвоенной силой принялась выкручивать болты. Гаечный ключ выскальзывал из окровавленных пальцев, но она упрямо сосредоточилась на работе. Наконец Анна раскрутила последний болт и положила его на порог перед дверью.
Войдя в каюту, остановилась у тела Марка и сняла одежду. Надела шапочку для душа, которая была включена в стоимость люкса, и резиновые перчатки.
Теперь предстоит изрядно попотеть.
На то, чтобы докатить тело до балконной двери, а оттуда перетащить через порог, ушла целая вечность. Хотя на балконе стоял пронизывающий холод, от тяжелого физического труда на худом теле Анны выступил пот.
Когда до края осталась немного, Анна подложила под колени уголок полиэтиленовой пленки. Осторожно размотала окоченевший труп, сворачивая за ним пленку. И вот массивное тело уже лежит на самом краю, едва умещаясь в образовавшуюся щель.
Вцепившись в мясистые руки Марка, Анна посмотрела вдаль. Куда ни глянь, простирался темный океан. На пасмурном небе не виднелось ни луны, ни звезд.
Анна перегнулась через тело и бросила взгляд на балконы внизу. Стиснув зубы от холода, она свободной рукой смахнула выступившие на ветру слезы.
Ей пришлось убеждать себя, что Марк упадет прямо вниз. И никак иначе. Если порывом ветра его занесет на чужой балкон, всем ее планам придет конец. На круизном лайнере посреди океана бежать некуда. Это тебе не дом Уильяма, где можно собрать вещи, уйти и начать жизнь сначала.
Она присела на корточки, обхватив мертвеца обеими руками. Ветер значительно стих, лучшего момента уже не будет. Издав животный крик, Анна изо всех сил столкнула труп с корабля. Он раскинул руки и ноги и на мгновение завис в полете. Это было почти красиво. Тело ушло под воду бесшумно – волны, бившиеся о борт корабля, заглушали любые звуки.
Анна натянула куртку, замерла на корточках и вся обратилась в слух: вдруг какой-нибудь добрый самаритянин увидит тело и поднимет тревогу? Но вокруг было тихо, и в конце концов она встала и зашла обратно в каюту.
Пола лежала на кровати, откинувшись на подушки, и сокрушенно держалась за голову. Она в сотый раз прокручивала в голове слова мужа: «Не знаю, что ты хочешь от меня услышать». Неужели Томми всегда так себя вел? Так… пренебрежительно?
Если задуматься – да. Пола вспомнила о знакомых женщинах, чьи мужья относились к ним как к своей собственности и не гнушались поднять голос или даже кулак в защиту супруги, а иногда и на нее. Уравновешенный Томми так никогда не поступал. У него были свои рычаги давления на Полу.
И вот вновь наступило утро. За ночь супруги не сомкнули глаз. Пола – из страха, а Томми… Он был крайне озадачен поведением жены.
– Я хочу сойти на берег, – объявила она. – Не знаю, что я такого сделала, чтобы меня решили серьезно преследовать. Мне просто нужно сойти. – Пола выдержала паузу и жалобно добавила: – Ну пожалуйста!
