В это время она все чаще стала нарушать контракты, и однажды, после блестящей премьеры трагикомедии «Мексиканка», спектакль пришлось снять с репертуара через несколько недель из-за «несчастного случая» с Беллой. Описания этого происшествия разнятся. Согласно официальной версии, «мадемуазель пострадала в результате взрыва спиртовой плитки, над которой она сушила волосы». Однако ходили слухи, что Каролина стала жертвой ревнивой супруги, которая сожгла ей купоросом руки и грудь. Правда так и осталась невыясненной. С того времени Белла стала постоянно отменять свои выступления. Заключен контракт с нью-йоркским театром, но она отказывается от гастролей, то же самое повторяется в Париже и других столицах. В 1913 году Белла появляется в Мадриде и тотчас же уезжает: это была ее последняя поездка в Испанию. У нее в жизни теперь единственный ориентир – Монте-Карло, где она продолжает проматывать свое состояние. В 1912 году в Париже состоялось одно из ее последних успешных выступлений. Чтобы сойти со сцены
С того момента Белла стала проводить много времени в своем доме на Лазурном берегу. Когда началась Первая мировая война, в распоряжении Каролины оставалось еще полтора миллиона долларов в банке и множество драгоценностей на сумму около трех миллионов долларов. Виллу Белла купила после столь редкой для нее удачной игры в казино: в доме было пятнадцать комнат, два лакея, управлявших большим кабриолетом, полдюжины слуг и компаньонка – разорившаяся испанская аристократка. Согласно мемуарам Каролины, она наняла эту даму, по имени Мария де Мендоса, из жалости, вырвав ее из когтей знаменитой лесбиянки Парижа, которую она называет в своих воспоминаниях Лизи или графиней Жовиналь. Без сомнения, за этим вымышленным именем скрывается другая женщина, любовница Колетт, уже упоминавшаяся на страницах этой книги. Речь идет о Мисси, маркизе де Морней, более известной как «дядя Макс». Когда Каролина встретила Марию де Мендоса, у несчастной женщины были «короткие и неровно подстриженные волосы, покрашенные в ярко-красный цвет». Она была едва ли не шутом, объектом жестоких шуток во время развлечений в доме «дяди Макса».
В окружении этой прислуги Каролина прожила несколько лет. После официального ухода со сцены в 1914 году она через четыре года снялась в неудачном фильме Дженнаро Ригелли «Осень любви»; в то же время начался ее роман с Аристидом Брианом, длительное время занимавшим пост премьер-министра Франции. Они проводили вместе много времени, тогда как состояние Беллы все уменьшалось и уменьшалось. Некоторые считают, что Бриан был настоящей любовью Каролины Отеро.
Он не обладал ни богатством, ни красотой, у него зачастую был грязный сюртук и остатки еды в бороде, к тому же он постоянно грыз ногти. Все эти факты (в особенности то обстоятельство, что у Бриана не было денег, тогда как Белла в тот период нуждалась в них все больше) приводят некоторых к мысли, что это была ее настоящая страсть. «Я бы вышла за него замуж, если бы он не был до такой степени безобразен», – заявила Каролина, привыкшая давать своим поступкам самые необычные объяснения. Однако препятствием стала весьма банальная причина: у Аристида Бриана, известного государственного деятеля, оставившего значительный след в истории Франции, была другая женщина – Берт Серии, актриса «Комеди Франсез». Они не были женаты, но их связь оказалась прочной. Именно в доме Берти, а не у Беллы Отеро Аристид проводил большую часть времени, порой забывая о государственных делах.
Если Харпо Марксу до сих пор удавалось сохранить ясную голову после нескольких «Кровавых Мэри», которыми Эльза Максвелл сопровождала свои рассказы, несомненно, упоминание о русском сокровище заставило его навострить уши. «Что это за история, Элзи?» – быть может, спросил он, а она, даже под воздействием водки не отступавшая от своей линии, принялась рассказывать ему о том, на какие таинственные деньги существовала Белла в последние годы жизни.
