Кто это? Потому что я уверена, что, черт возьми, не узнаю себя.
Я не эксгибиционист. Я даже не целуюсь публично, чтобы не обидеть никого, кто мог бы обидеться от публичного проявления любви.
Только это было не совсем ласково.
Это было грубое желание.
И мне это очень понравилось.
Жевательную резинку? Спрашивает рыжая и протягивает мне пакет чего-то фруктового.
Я качаю головой и бросаю нерешительную улыбку.
– Нет, спасибо.
Я Триш, – говорит она в той же медленной манере, что и Келлан.
Ава.
Новенькая в городе? Ее идеальные брови выгибаются под вопрос, и пальцы поднимаются, чтобы убрать прядь волос с ее лица.
Просто проездом.
Ты останешься с Келланом? Его имя вылетает из ее рта, как хлыстом мне по коже.
Ее брови снова поднимаются, и я чувствую, что она часто делает такое выражение, когда ей нужен ответ. Но в ее взгляде есть что-то еще. Как будто это больше, чем просто любопытство.
Это сюрприз.
Дверь открывается, и входит кучка хихикающих девушек, которые я не уверена, даже достаточно взрослые, чтобы выпить.
Извините меня, – говорю я и направляюсь в кабинку, закрываясь в ней прежде чем Триш продолжит разговор. Я обычно не груба, но у меня было достаточно Келлана на один вечер.
Глава 17
Я жду, пока не понимаю, что уборная опустела, прежде чем её покинуть и вернуться в бар.
Келлан и Мэнди сидят за столом, беседуют с парнем, который явно очень заинтересован в том, что говорит Мэнди.
Как только Мэнди видит меня, она машет мне.
Ты вернулась. – Она поворачивается к парню рядом с ней. – Это Ава. Ава, это Джош. – Мэнди наклоняется ко мне и кричит мне на ухо немного громче, чем нужно: – Он друг Келлана.
Конечно. Он даже выглядит так высокий и мускулистый, с голубыми глазами – цвета горных рек, и песчаными волосами, которые в сочетании с его загорелой кожей придают его внешности имидж плохого парня, как у Келлана.
Я вижу, что они связаны, так или иначе, прежде чем Джош говорит, чтобы все объяснить.
– Мы – кузены на самом деле. Наши папы были братьями.
Ах.
Я киваю и посылаю ему нерешительную улыбку, умышленно игнорируя горящий взгляд Келлана. Его пальцы гладят мою ногу под столом, и я отодвигаю ее, скрестив ноги, чтобы сделать доступ к ним более трудным для него.
Так как мы уже знакомы, Джош говорит:
– Давайте выпьем за леди.
Мэнди смеется, и, как по команде, женщина в возрасте сорока лет, заразительно улыбаясь и с самым глубоким декольте, которое я когда-либо видела, подходит к нашему столу с разносом, полным шотов и ломтиков лайма.
Мы не напиваемся... никогда. И по очень веской причине. В прошлый раз, когда мы это делали, произошли плохие вещи.
Кто-то хочет, чтобы мы напились, или почему еще вы бы решили напоить женщину текилой? И у меня есть неплохая идея, кто стоит за этим грандиозным планом.
Я смотрю на Мэнди, которая просто пожимает плечами и берет рюмку.
Нет, спасибо. – Я качаю головой официантке и перевожу взгляд на Келлана, который прямо смотрит на меня.
Вино? Пиво? – спрашивает другой парень. Он предлагает нам варианты, поэтому шоты не были его работой.
Тебе нужно немного расслабиться, – говорит Келлан, Раскрепоститься немного.
Ты считаешь меня зажатой? – Я смеюсь. – О, подожди. Ты уже это сделал.
Учитывая, что у меня и так мало самоконтроля, даже когда я трезвая, я не должна пить больше, чем уже выпила, но давление со стороны слишком велико. Кроме того, это бар. Никто не пьет содовую, если только она не сопровождает скотч.
Можно мне еще один, пожалуйста? – говорит Мэнди официантке. Я наблюдаю за официанткой, змеей проплывающей в переполненном помещении.
Музыка становится все громче.
Итак, вы оба выросли здесь, – говорит Мэнди, ее голос чересчур веселый, а тон слишком кокетливый.
Она нашла своего собственного Келлана, и теперь готова проложить свой путь в его постель. Или он в нее. Судя по голодным глазам и тому, как его взгляд, похоже, продолжает раздевать ее, не займет много времени, прежде чем его руки будут повсюду.
Точно так же, как руки Келлана были на мне несколько секунд назад.
Классный.
Я отворачиваюсь, злюсь на себя за то, что не вернулась сразу, поскольку разговор продолжался без меня.
Мы выросли вместе. Всегда попадали в неприятности из-за всякого разного, – рассказывает Джош Мэнди. – Это, как правило, его вина, хотя, парень всегда знал, как их привлечь.
Как будто ты святой, – говорит Келлан.
То, как я помню это, я вообще-то был... пока ты не пришел. – Тон Джоша легкий и с юмором. – Ты скомпрометировал меня. Ты скомпрометировал всех нас.
Келлан смеется, от этого звука удовольствие проходит через меня. Его голос такой глубокий, такой сексуальный, что я не могу не бросить украдкой взгляд на него. Он как будто чувствует это, его грешные глаза обращаются ко мне, и наши глаза встречаются. Мое сердце подпрыгивает к горлу, и между ног вспыхивает мягкий жар.
