Переход от состояния бодрствования ко сну прошел гладко и незаметно. Мне даже приснилось нечто успокаивающе-приятное, будто я вернулся в далекое детство, мама и папа о чем-то беседуют на кухне. Сам я сижу на диване в гостиной и читаю какую-то ужасно интересную книгу, кажется, «Волшебник Изумрудного города», но точно не уверен.
В какой-то момент характер моих сновидений резко поменялся. Если бы мне раньше сказали, что во сне можно почувствовать боль, очень сильную боль и после этого не проснуться, я бы просто усмехнулся и, разумеется, послал фантазера в долгое эротическое путешествие. Так вот, мне вдруг стало больно. Меня буквально плющило и выворачивало наизнанку. При всем при этом я прекрасно осознавал, что нахожусь именно во сне, а не в состоянии бодрствования, но проснуться, как бы ни старался, у меня никак не получалось. Вместе с болью пришел страх, свойственный любому живому существу, столкнувшемуся с чем-то непознанным, к тому же чреватым острыми болевыми ощущениями с непредсказуемыми последствиями. Грешным делом меня посетило предчувствие скорой и неминуемой смерти. Удивительно, но страх куда-то испарился, будто по мановению волшебной палочки, как тогда под Кабулом в далеком тысяча девятьсот восемьдесят третьем, когда я лежал, истекая кровью, с душманской пулей в груди и как-то без особого волнения был готов принять смерть неминуемую. Тогда повезло. Меня спасли подоспевшие санитары. А вот теперь, вне всяких сомнений, мне суждено пересечь финишную черту своей незаслуженно долгой жизни.
Впрочем, расстаться с жизнью у меня как-то не очень получалось. Более того, понемногу мне удалось адаптироваться к болевым ощущениям. Как следствие, вольно или невольно начал шевелить мозговыми извилинами.
То, что я сплю, факт бесспорный. А вот по какой причине не могу выйти из состояния сна, непонятно. Если мой мозг работает на полную катушку, по идее, ни о каком сне речи не может быть. Получается, я вовсе и не сплю… Хрень, какая-то. Будь я наркоманом, подобные глюки были бы легко объяснимы. Однако, находясь в Афганистане и, имея доступ ко многим видам наркоты от безобидного насвая до гашиша и самых тяжелых опиатов, так и не решился попробовать ничего такого, что по словам некоторых сослуживцев, раздвигает горизонты сознания, бодрит и радует.
Не могу сказать хотя бы приблизительно сколько времени продлились мои мучения. Боль отступила столь же неожиданно, как и накатила, позволив мне наконец-то пробудиться от этого кошмара.
Открыл глаза. Темнотища, как у того негра в известном месте. Только не подумайте, что я там побывал, просто знающие люди поведали… Нихренасе, я еще и шутки шутить способен! Вообще-то, сие немудрено, после запредельных болевых ощущений чувствую себя более чем отлично. Скорее всего, на контрасте, ибо возрастные изменения в суставах, мышцах и внутренних органах просто так исчезнуть не могут. А вот после того, как тебя изрядно поломает неведомая лихоманка, никакой артрит не страшен и легкая боль в пояснице будет воспринята как небесная благодать.
Потихоньку придя в чувства, вновь прислушался к сигналам, подаваемым организмом. Что за ерунда? Никаких негативных ощущений вообще не отмечаю. Пошевелил левым плечом, хрустевшим и побаливавшим лет как пять уже. Привычного хруста не услышал, также не менее привычной ноющей боли не почувствовал. И вообще, ощущение, будто заново родился.
От анализа состояния собственной телесной оболочки перешел к изучению окружающей среды.
Непроглядная темень и абсолютная тишина не позволили воспользоваться двумя самыми главными органами чувств. Впрочем насчет полной тишины я слегка преувеличиваю, ибо стоило мне начать шевелить конечностями, она была нарушена. Однако эти звуки не несли никакой информативной нагрузки, лишь однозначно свидетельствовали, что их обладатель, несмотря на недавний кошмар, жив и здоров.
Так что на первое место выступили осязание и обоняние. Принюхался и начал водить руками сначала по своему телу, затем вокруг.
Что касаемо запахов, тут полная неопределенность. Пахнет чем-то незнакомым, но вполне приятным. Вроде как цветочный аромат, отдаленно напоминающий запах жасмина, ну очень отдаленно.
Больше всего информации предоставили мои конечности. Основательно обследовав руками и ногами доступное им пространство, пришел к выводу, что в данный момент нахожусь не в своей кровати, скорее всего, внутри ограниченного объема с мягкими стенками. Что-то типа гроба.
Тут же в дурную башку полезли разного рода мысли, почерпнутые еще в детские годы при прочтении рассказа Эдгара По «Заживо погребенные». Неужто впал в кому, врачи, не разобравшись, констатировали мою смерть, и меня похоронили заживо? Словами не передать накативший на меня ужас. Захотелось яростно стучать в крышку гроба и орать, в надежде быть услышанным кем-то из проходящих мимо моей могилки.
На мое счастье, до столь кардинальных действий дело не дошло. Неожиданно из встроенного в стенку «гроба» динамика до моего слуха донеслось:
