Беннетт сполз с меня, подтянул штаны и заправил в них рубашку. Я села, одергивая юбку и собирая обрывки трусиков – чтобы со злостью швырнуть их в него.
– Беннетт, ты нарочно, да?
Он покачал головой, поднял с сиденья лохмотья шелка и засунул во внутренний карман пиджака.
Я достала зеркальце, чтобы поправить прическу и макияж. Беннетт наклонился вперед, упираясь локтями в колени, и зарычал:
– Твою ж мать!
– Сам виноват.
– Это было хорошей идеей, – огрызнулся он.
– Мне тоже так казалось, – фыркнула я. – Теперь уже нет. Из-за тебя мы ведем себя как последние неандертальцы.
Словно в унисон, мы сделали несколько глубоких вдохов. Взявшись за ручку двери, я повернулась к Беннетту.
– Готов?
Выпутав из волос пальцы, он уставился на меня. Скользнул взглядом по лицу, груди, ногам, а затем снова посмотрел в глаза.
– Почти.
Он придвинулся ближе, взял мое лицо в ладони и поцеловал. Втянул нижнюю губу в рот и прикусил, все это время неотрывно на меня глядя, и его взгляд из сурового и ледяного становился теплым и обожающим. А потом повторил:
– Почти. – И стал покрывать поцелуями подбородок и шею, в конце снова надолго прильнув к губам.
Он извинялся за то, что такая сволочь. И я не стала его отталкивать, тем самым тоже сказав «прости».
Ресторан «Бали Хай» располагался довольно далеко от «Коронадо», но это было любимое место Беннетта в Сан-Диего. Отсюда, с северной части острова, открывался шикарный вид на всю гавань, в том числе и наш отель. Здание было выстроено в полинезийском стиле, второй этаж занимал ресторан, а первый – зал для частных вечеринок.
Я вышла из лимузина на пустую обочину (видимо, Макс решил, что гостям лучше встречать нас внутри) и улыбнулась. Я видела фотографии ресторана, читала отзывы о шикарном меню и известном на весь мир коктейле «Май Тай», но внутри еще не бывала. Беннетту ужасно хотелось привести меня сюда на ужин. Мы арендовали весь первый этаж, и вечеринка была в самом разгаре, кое-кто уже прогуливался по внешней террасе. Бар смотрел прямо на океан, и бармен работал не покладая рук. Официанты сновали в толпе, разнося закуски. Мы зашли внутрь, и гости тут же закричали «Ура!».
Это было так мило… Здесь собрались все наши близкие и родные, но Беннетт отвечал на поздравления сдержанно и даже сухо. Впрочем, не его вина. Бог знает, кто из них видел, как Беннетт лежит на мне и тыкается членом между ног?
Радует лишь, что нас застукали свои. Им придется делать вид, что они ничего не заметили.
Только стихли приветственные крики, как в тишине прозвучал громкий и четкий голос тетушки Джудит:
– Где же мои двадцать лет, чтобы так же трахаться на любой поверхности?
Послышались сдавленные смешки и неловкое бормотание, однако она, похоже, ни капельки не смутилась.
– Что? Не делайте вид, будто не поняли, о чем я. Нашей Хлое придется проявить фантазию, чтоб удержать такого мужика.
– Ну, набивать твой портрет на руке я все равно не стану, – прошептала я, сладко улыбаясь Беннетту.
Он угрюмо потянул меня прочь, прямиком к бару.
– «Май Тай» весьма крепкий, – предупредил он, заказывая себе коктейль.
– Разве это плохо? – Я прижалась к жениху, обнимая его за плечи, и, поймав взгляд бармена, добавила: – Мне то же самое.
– И чего мы все ездим туда-сюда? – недовольно пробурчал позади нас Лайл, дядюшка Беннетта. – Как будто нельзя просто оставаться на одном месте…
Я удивленно покосилась на Беннетта. Мы ведь не только оплатили проживание в отеле для всех гостей, но и арендовали каждому машину с водителем. Беннетт сжал мне пальцы, молчаливо напоминая: «наши семьи – чокнутые».
Вслух же, откашлявшись, он сказал:
– Здесь много достопримечательностей, Лайл. Я хотел, чтобы вы ими насладились.
К нам подскочил Булл со своей неизменной банкой пива – на этот раз «Бад лайт».
– А я знаю, чем мне хотелось бы насладиться больше всего. – Он подмигнул и, прищелкнув пальцами, нацелил их на меня. –
– Молодец, Булл, – сухо бросил Беннетт ему вслед. – Прекрасные манеры!
Булл вскинул над головой кулак и направился на пустой танцпол. Диджей только-только включил музыку, негромко, чтобы гости могли сперва поужинать. Настоящая вечеринка начнется позже, но Буллу было плевать. Он лунной походкой прошелся по центру зала и стал выписывать всем телом круги, маня пальцем каждую женщину, рискнувшую посмотреть в его сторону.
– Я сегодня одинокий жеребец, дамы! Кто жаждет меня объездить?
Все поспешно утыкались в тарелки, отворачивались к собеседнику или просто возводили глаза к потолку.
Я взяла бокал с «Май Тай», сделала большой глоток и закашлялась.
– Вау, ты не шутил! – прохрипела я. Беннетт похлопал меня по спине. – Он и впрямь очень крепкий.
– Ой, Хлоя, да ладно, – подошел Джордж. – Тебе хватит мужества выпить его до дна.
– Да уж мне в отличие от тебя хватит, – согласилась я.
