— Эй! — воскликнув в нос, парень ослабил руки, из-за чего Оля соскользнула с его спины, приземлившись на мягкий куст. — Я тебе помогаю вообще-то, второй раз! — схватившись за нос, выпалил Стас.
— Ты называешь меня толстой уже третий раз! Или четвертый! — тыча пальцем в парня, с укором произнесла Оля.
— Я не говорил, что ты толстая. Я лишь сказал, что ты очень тяжелая.
— Это одно и то же!
— Нет! При такой фигуре ты и правда слишком тяжелая, но не толстая. — сжав кулаки, настаивал парень.
— Какой такой? — уже менее озлобленно уточнила Оля.
— Нормальной, блин. Довольна?
— Вы все деревенские такие грубияны?
— А вы все городские такие неблагодарные?
— Чего вы раскричались на весь лес? — со стороны мыса внезапно нарисовался Паша, неся что-то в футболке, подогнутой на уровне живота. — Медведей давно не видели?
— Где ты взял малину? — переключившись с Оли, спросил Стас, увидев в футболке горсть розовых ягод.
— Оказывается, если свернуть с тропинки, можно много чего нового найти. — Паша остановил взгляд на ноге девочки. — Тебя укусила змея?
— Нет, я упала в какую-то яму и порезалась.
— Не думал, что здесь тоже ловушки ставят.
Стас вздохнул и, переведя взгляд черных глаз, наклонился к Оле, протянув руку. Нахмурившись, девочка несколько секунд думала, стоит ли протягивать свою в ответ. Однако перспектива сидеть на непонятном кусте в потемках не вдохновляла настолько, что вынудила ее протянуть руку.
— Может, сменишь меня? Я устал тащить человека на спине. — Стас выжидающе взглянул на безучастного Пашу.
— Давай. Только возьми ягоды. — парень ссыпал ягоды в руки друга и развернулся к Оле спиной.
Запрыгнув на спину, Оля почувствовала себя неловко, поскольку он начал тяжело дышать практически сразу, потому что был чуть поменьше Стаса.
Когда ребята преодолели тот самый таинственный мост, Паша наконец опустил Олю на землю, ведь заросший лес закончился.
— Спасибо… большое. — подняв плечи, тихо сказала девочка.
— Ага, — кивнули парни вместе.
— А ты прямо в купальнике домой пойдешь? — Паша указал пальцем на свою грудь.
— Ну, мои вещи все равно остались на другом берегу, поэтому да. Уже темнеет. — Оля поежилась от вечерней прохлады.
— Может тебе майку дать хотя бы? — не раздумывая, Стас стянул с себя серую майку, которая со спины была уделана грязью от самой Оли. — Заодно состирнешь. — он протянул одежду и хитро улыбнулся.
— Спасибо. — кивнув, девочка взяла ее.
Она не понимала, какую именно эмоцию чувствовала — это было что-то среднее между смущением и недоумением: незнакомый парень просто так доверил ей свою одежду, перед этим протащив ее по лесу на спине, а еще раньше и вовсе спас от утопления.
— Держи, перекусишь по дороге. — Паша набрал себе в ладонь немного ягод и протянул их Оле.
— Прямо немытые? — веснушчатое личико чуть дрогнуло, но не посмело скривиться.
— Это лесные ягоды, экологический продукт. — Паша усмехнулся. — Никаких химикатов, как на городских рынках.
— Хорошо, спасибо за все. Тогда… я завтра отдам майку. Вы же будете на берегу?
— Да, если будет погода, мы будем там. Все, давай. — Стас махнул рукой, развернувшись вместе с Пашей и направившись в обратном направлении.
Вернувшись домой, Оля сразу же побежала в натопленную баню. Девочка была покрыта грязью с ног до головы, а потому зайти в дом в таком виде было невозможно. В крайнем случае, пришлось бы перемывать за собой полы, поскольку босая прогулка изрядно вбила грязь в кожу ступней.
В бане было еще не так жарко, как могло бы быть. Внутри стоял запах сырого дерева, который было не так просто различить, когда вдыхаешь горячий воздух, который тут же обжигает грудь изнутри.
— Какой кошмар! Ты откуда, из ада?! — вошедшая в баню тетя выронила из рук чашечку с кусочком сухого мыла.
— О да, сегодня я реально была в аду. — промывая подсохшую царапину на ноге, чумазая, как кочегар Оля закусывала все это дело пожухлыми ягодками. — Привыкаю к деревне.
Утро нового дня началось с адского шума мясорубки тети Маргариты, который пробирал своими вибрациями до самого мозга. Как бы сильно́ не было желание понежиться в теплой постели, сбыться ему, как и многим иным желаниям, было не суждено.
С трудом оторвав рыжую голову от измятой подушки, Оля села на краю кровати и с досадой взглянула опухшими глазами на перевязанную бинтом ступню. Нога все еще болела, и чтобы понять это, не нужно было даже пытаться наступать на нее. Упершись острыми локтями в колени, Оля начала растирать глаза, чтобы они перестали щипать после пробуждения. На старых настенных часах, что с неприятным скрежетом отсчитывали секунды, было десять утра. Слишком раннее время для пробуждения среднестатистического подростка четырнадцати лет. Именно это Оля и собиралась заявить тетушке Маргарите, направившись на кухню.
Едва девочка открыла дверь комнаты, в нос ударил кисловатый запах фарша, замешанного с луком.
— Еще ведь так рано, Марго… — Оля увалилась на угловой диванчик, стоящий возле печи в кухне.