Я вздохнула и сгорбилась. Почему решетка не сделана из дерева? Прутья стали бы мягкими и пластичными, и, когда бы я открыла глаза, они бы уже лежали стопочкой, как лучинки для розжига камина. «
– Достань шпильку из пучка, – попросила Амбер, ощупывая свою прическу и доставая шпильку. Дрожащей рукой я вынула из кудрей еще одну. – Помоги мне.
– Это бесполезно, – сказала я.
– Мы должны попытаться.
Просунув руки сквозь прутья, мы вставили шпильки в замок.
– Попробуй толкнуть ее вправо.
Она закряхтела и повернула свою шпильку.
– Сильнее.
– Он не поддается. Щеколда слишком массивная.
Я надавила сильней. Рука начала уставать, пальцы стали скользкими от пота, и я уронила шпильку. Она упала так далеко, что ее уже было не достать.
Амбер обхватила голову руками и закачалась.
– Все зря.
Я погладила ее по волосам. Обычно их цвет напоминал копну осенних листьев, освещенных солнцем, но сейчас они стали тусклыми. Вокруг глаз пролегли желтоватые круги, а кожа побледнела.
– Прости меня, – прошептала я. – За все.
– Ты тоже меня прости, – сказала она. – Я вела себя так глупо. Попала прямо в расставленную принцессой ловушку.
Я обняла ее, и мы снова превратились в маленьких девочек. Я снова чувствовала, как она дышит, как бьется ее сердце.
– Что случилось, когда ты была фавориткой?
Она подняла голову и посмотрела на меня. На щеках виднелись разводы от пудры. Она вытерла нос.
– София заставляла меня делать ужасные вещи.
– Элизабет говорила мне об этом.
– Она выгнала меня после того, как я отказалась убить Леди Офелию Томас из дома Мерании.
– Убить?
– Она хотела, чтобы я ее состарила. Сказала, что где-то вычитала, будто мы умеем состарить человека, после чего он вскоре скончается.
– Но зачем?
– Софии показалось, что Офелия слишком красива. – Амбер снова начала плакать, но на этот раз тише. – Я отказалась. И она вышвырнула меня вон.
Я еще крепче сжала ее в объятиях.
– Тебя она тоже заставляла делать подобное? – спросила Амбер.
– Наверняка стала бы, будь у нее время.
– Как… как мы отсюда выберемся? – Она опустила голову на мое плечо. – Как мы восстановим наши арканы?
– Может, вы ляжете и поспите, маленькие леди? – раздался голос из глубины камеры. – Отсюда нет выхода. Решетки в тюрьме крепкие.
Мы с Амбер еще крепче прижались друг к дружке. Слезы градом полились по моим щекам, плечи вздрагивали от рыданий. Я оплакивала всех моих сестер. Падму, Хану, Эдель и Валерию. Я не смогла спасти ни одну из них. Я не смогла спасти даже себя саму.
Невозможно сказать, сколько времени прошло. Пять раз в день к нам приходила девушка с ведром воды и черпаком. Стражники бродили в коридоре возле камеры дважды в день.
Наверняка королева уже меня обыскалась. Что с ней случилось? Почему она не пришла? Знает ли она о том, что случилось?
Стражник просунул сквозь прутья решетки миску. Мясо оказалось тухлым, а овощи чуть покрылись плесенью, но нас не кормили с тех пор, как привели сюда. Я взяла миску и протянула Амбер.
– Что это?
– Не знаю. Но нам нужно поесть, чтобы сбалансировать уровни аркан. Необходимо, чтобы к нам вернулась сила.
Она откусила маленький кусочек, но тут же выплюнула и закашлялась.
– Какая гадость!
Я тоже заставила себя проглотить кусок. И хоть еда оказалась прогорклой, мой желудок с благодарностью принял и ее. Прошло еще несколько часов, и нам стало казаться, что мы провели здесь целую вечность.
– Ну и кто скажет, что вы не красавицы? – София прижалась напудренным лицом к прутьям.
Я бросилась вперед.
– Выпустите нас отсюда.
– Хорошо, – ответила она с улыбкой.
Мое сердце затрепетало от волнения, когда стражники отомкнули замок. Что происходит?
Я вышла из камеры, а за мной и Амбер.
– Но только в цепях.
Стражники защелкнули наручники у нас на запястьях и привязали нас друг к другу.
– Покрепче, чтобы они не рыпались.
Один из стражников потащил меня вперед. Он с такой силой сжимал мои руки, что синяков на них явно прибавилось. Второй схватил Амбер.
– Где королева? Где Дюбарри? Я требую встречи с ними.
– Ты не имеешь права ничего требовать. Теперь ты преступница. – Золотое платье принцессы при движении издавало мелодичный звон.
– Королева бы такого никогда не допустила! – закричала Амбер. – И король тоже.
– Как мило, что вы спрашиваете про мою маму. Ей стало гораздо хуже. Я уже вступила в должность, пока она болеет. Королевский кабинет министров назначил меня регентом, что и было объявлено во время Оглашения. Теперь, когда у нее появится чуть больше сил, она подтвердит это официально. А папа сейчас на юге, в зимнем дворце, куда он всегда уезжает с первыми холодами. – Она сделала стражникам знак, и нас повели по тюремному коридору.
Я сопротивлялась, пинаясь и толкаясь, но мои силы были не сравнимы с силой стражника.
– Все еще борешься? – засмеялась София. – Я думала, голод тебя вразумит.
