Прекрасные дьяволы полностью

– Верность. Свободу. Место, где она может быть самой собой. Похоже, ей этого не хватало в жизни, так что, думаю, начало неплохое.

Я думаю о том, что она рассказала мне о своей приемной матери, и о том, как Мисти всегда лгала и манипулировала ею. Возможно, в словах моего близнеца есть смысл.

Уиллоу не из тех, кто ставит материальные ценности выше человеческих.

Прежде чем я успеваю заговорить, входит Рэнсом, зевая и потирая один глаз.

– Ты забыл упомянуть об умопомрачительных оргазмах, – говорит он, ухмыляясь и присоединяясь к нашему разговору.

Мэлис издает смешок, приподнимая одно плечо.

– Думаю, это читалось между строк.

Рэнсом ухмыляется и, схватив бутылку виски, плюхается за стол.

– Не могу поверить, что вы устроили совещание без меня. Что это за хрень?

– Это не совещание, – парирует Мэлис. – Мы просто разговариваем.

Я наблюдаю за их взаимодействием, и на моих губах появляется улыбка. Но в то же время в глубине души я все еще чувствую себя неполноценным. Рэнсом и Мэлис так легко шутят о том, как они доставляют Уиллоу удовольствие, а я никогда не давал ей того же. Даже не прикасался к ней.

Как бы мне этого ни хотелось, я все равно чувствую, будто половину времени нахожусь в клетке собственного разума. Вырваться на свободу нелегко, и иногда я не знаю, получится ли у меня это хоть когда-нибудь.

А если получится, если я полностью потеряю контроль… Я не уверен, что может произойти.

– Кстати, у нас новая работа, – говорит Мэлис, отвлекая меня от мыслей, и вводит Рэнсома в курс дела.

Рэнсом стонет, на секунду опуская голову на стол.

– Чтоб его черти драли, – стонет он. – Хотя, наверное, в долгосрочной перспективе это неплохо. Это даст нам еще один шанс попытаться выяснить, кто такой Икс. – Затем он усмехается, но выглядит совсем не веселым. – Ну, знаете, до того, как он нас вальнет.

Вокруг меня прыгают и трещат языки пламени, жар обжигает кожу. Я чувствую, будто меня опаляют изнутри, и от страха, смешанного с клубящимся вокруг дымом, становится трудно дышать.

Я знаю, что должна бежать. Каждый бешеный удар сердца напоминает мне об этом, и я бросаюсь вперед, стараясь не потерять равновесие и не упасть, но вдруг старое, прогнившее дерево быстро вспыхивает пламенем.

Я слышу, как за мной идет Илья, слышу топот его ног по полу, но даже не осмеливаюсь оглянуться. Смотрю прямо перед собой, боясь обернуться и увидеть его слишком близко.

Но краем глаза замечаю что-то еще. Темная, скрюченная фигура в тени. Это не Илья, которого я все еще слышу позади себя. Я приглядываюсь, и тень превращается в фигуру человека, выходящего из темноты и приближающегося ко мне.

Сердце замирает, и я подпрыгиваю при виде него, пораженная и застигнутая врасплох. Я не знаю, кто он, не могу разглядеть его черты. Но это не имеет значения. Моя цель осталась прежней.

Убраться отсюда к чертовой матери и сбежать.

Я бегу так быстро, как только могу, отчаянное желание унестись прочь из этого здания, пока оно не обрушилось, заставляет меня двигаться все быстрее и быстрее. Я не хочу здесь умереть. Я не хочу, чтобы меня поймали или сожгли заживо.

Я должна выбраться.

Должна…

Сон ускользает, и я просыпаюсь с тихим вздохом. Сердце колотится так же сильно, как в кошмаре, и я прижимаю руку к груди, делая глубокие вдохи, чтобы успокоиться. Постепенно страх и призрачное ощущение жара на коже начинают проходить, и я ложусь на спину, хмуро уставившись в потолок.

С той ночи, как он похитил меня, Илья время от времени снится мне, но это первый раз, когда рядом был кто-то еще. Что не имеет особого смысла. Почему мне снится какой-то другой мужчина?