Прекрасные дьяволы полностью

Я хочу почувствовать что-то хорошее.

Рэнсом подходит к Мэлису, а Виктор встает с другой стороны от него, и все трое пристально смотрят на меня. Запах виски щекочет мне нос, вызывая воспоминания о другом разе, когда все трое вот так пристально смотрели на меня в этой самой комнате.

Но тогда в их глазах не было беспокойства. В них был жар.

Вот чего я хочу. Я хочу вернуться в ту ночь, когда все казалось таким чертовски идеальным.

– Я… – По моему телу пробегает дрожь, и я обхватываю себя руками, глядя на парней умоляющими глазами. – Мне нужно, чтобы вы заставили меня кончить. Заставьте меня почувствовать что-то еще, кроме этой боли.

В глазах Мэлиса горит желание, неоспоримое и сильное, а еще нечто гораздо больше. Стремление защитить. Собственничество. Как будто в этот момент он готов на все, чтобы позаботиться обо мне.

Он мгновенно поднимает меня с дивана, садится на это место, а затем усаживает к себе на колени, и я седлаю его. Одна из его рук запутывается в моих волосах, он притягивает меня ближе, ловя мои губы в поцелуе.

Мэлис, как всегда, доминирующий и напористый. Это мне сейчас и нужно. Он берет инициативу на себя, приоткрывая мой рот своим языком и завладевая мною, пока у меня не перехватывает дыхание. Несмотря на то, что он целует меня грубо, я чувствую себя странно… охваченной заботой. Ведь Мэлис не просто берет то, что хочет. Он дает мне то, что, как он знает, мне нужно.

У меня по спине пробегает дрожь, и я отдаюсь ощущениям, желая, чтобы удовольствие затмило все остальное.

По моим волосам пробегают чьи-то пальцы, и когда я запрокидываю голову, то вижу стоящего рядом Рэнсома. Его руки блуждают, ощупывая мою грудь, а затем берут меня за подбородок, запрокидывают мою голову. После этого он наклоняется и целует меня, наши губы горячо соприкасаются, и он продолжает с того места, где остановился Мэлис.

Этот поцелуй более чувственный, глубокий и изучающий, и я издаю тихий стон в губы Рэнсома, тая между ними. Его пальцы хватают мой сосок через рубашку, и я хнычу, слегка выгибаясь, словно прося большего.

Он отстраняется, и наши губы размыкаются. Его взгляд сосредоточен, а обычная очаровательная улыбка сменяется серьезным выражением.

– Подними руки, ангел, – шепчет он и, когда я повинуюсь, помогает мне снять рубашку и лифчик, оставляя меня обнаженной на коленях у Мэлиса.

Мэлис издает низкий, голодный звук, и я чувствую, как его темные глаза блуждают по моей коже, останавливаясь на груди, на затвердевших сосках и на шрамах, которые теперь видны.

Я не уклоняюсь и не прикрываюсь, а позволяю ему насмотреться. Сердце бешено колотится.

– Чертовски красивая, – говорит Мэлис, и в его голосе звучат такие низкие нотки, что я вздрагиваю, прижимаясь к нему.

– Великолепная, – соглашается Рэнсом. Его руки возвращаются к груди, и теперь, когда вся ткань исчезла, я чувствую каждую мозоль на его ладонях, когда он сжимает их и играется с ними.

– О, черт… – выдыхаю я, извиваясь между ними.

Рэнсом в ответ сжимает мой сосок, перекатывая его между пальцами.

– Мы позаботимся о тебе, – обещает он. – Ты с нами, ангел. Мы не дадим тебе упасть.

Я знаю, он говорит не только о том, чтобы поддержать меня физически или не дать мне упасть с колен Мэлиса. Он говорит о моем сердце. Моей душе. Они не позволят мне разлететься на куски.

Руки Мэлиса опускаются на мои бедра, он притягивает меня ближе. Прижимает к себе. Я чувствую твердую линию его члена, который становится толще и тверже по мере того, как он двигает бедрами вверх.

Мое дыхание становится тяжелым, прерывистым, по телу разливается жар. Они вдвоем оттаскивают меня от края бездны оцепенения, напоминая, что такое чувствовать, пока я пытаюсь не дать своему телу и разуму отключиться.

– Да, – выдыхает Мэлис. Он приподнимает бедра, сильно прижимаясь к моей промежности, скрытой тканью одежд. – Давай еще. Я хочу, чтобы ты кончила прямо так.

– Можешь сделать это для него, м-м? – спрашивает Рэнсом. – Кончай на его член. Скачи на нем.

Он все еще играет с моими сиськами обеими руками, тиская и ощупывая их. Каждый раз, когда он сжимает сосок, мою киску пронзает волна ощущений, и я извиваюсь. Возбуждение начинает вытеснять другие эмоции, что бурлят во мне, будто в котле.

С губ срывается прерывистое рыдание. Мэлис обхватывает мое лицо ладонями, проводя большими пальцами по щекам, и я понимаю, что все еще плачу. Он целует меня, слезы смешиваются с его неповторимым вкусом в нашем поцелуе, и я сильнее прижимаюсь губами к его губам, с головой погружаясь в связь между нами.

В этот момент моя связь с ним и его братьями кажется единственной переменной, что может меня спасти. Они – единственный спасательный круг, который у меня есть.

– Ты прекрасна…

Голос низкий и благоговейный, и я сразу узнаю Вика. Вместо того чтобы сесть в кресло напротив нас, он оказывается на диване, так близко, что я вижу серые искорки в его поразительных голубых глазах. Мэлис отрывает свои губы от моих и переходит на шею.