Прекрасные дьяволы полностью

Такое чувство, будто мир уходит у меня из-под ног. Голова кругом, и я продолжаю втягивать воздух через нос, но, похоже, это ничего не меняет. Мне все еще кажется, что я тону, хватая ртом воздух на суше. Меня охватывает шок.

– Подожди… – выдыхаю я, все еще отчаянно надеясь, что ошибаюсь или что это просто дурной сон. Какой-то кошмар наяву. – Ты… ты Икс?

Взгляд Оливии снова останавливается на мне, и, хотя она не отвечает на мой вопрос, выражение ее лица говорит само за себя. В нем нет ни замешательства, ни любопытства по поводу того, что я имею в виду. В выражении ее лица все та же сдержанная уверенность, которая делает ее похожей на неприступную статую.

– Я удивлена, что Дариус Леджер не упомянул об этом при тебе, – холодно говорит она. – В конце концов, он похитил тебя в попытке использовать в качестве рычага давления, чтобы перестать быть у меня в услужении. Он был мне должен, как и твои мальчики, но, как и им, ему надоело выполнять мои приказы. Поэтому он попытался шантажом заставить меня простить его долг.

Я смотрю на нее, разинув рот, и мысленно возвращаюсь в комнату, где Дариус держал меня привязанной к стулу. Я помню, как он сфотографировал меня на свой телефон, но тогда я просто подумала, что у него не хватило времени отправить снимок ребятам.

Но он вовсе не им планировал его отправить. Не против них хотел меня использовать.

Он взял меня в плен, потому что знал – я важна для Оливии, а не для братьев Ворониных.

– Кстати, спасибо, что разобрались с ним, – говорит Оливия троим парням, столпившимся вокруг меня. – Вы действительно хороши в своем деле.

– Но Дариус сказал, что это он убил Илью, – выпаливаю я. – Он был там, когда Илья похитил меня той ночью.

– Да, – говорит она, пренебрежительно взмахивая одной из своих изящных рук. – Потому что я поручила ему следить за твоими маленькими защитниками и он понял, что ты сбежала той ночью. Он должен был привести тебя ко мне, но Илья забрал тебя прежде, чем это произошло. Поэтому я приняла… другие меры.

– Ты – Икс?

Голос Виктора звучит напряженно. Я практически слышу, как шестеренки в его голове болезненно скрежещут, точно механизм, в который бросили горсть песка. Мне это знакомо. Я чувствую себя так, словно меня ударили по лицу. Это внезапное открытие оказалось слишком ошеломляющим для осознания.

А как он, человек, ценящий порядок, до скрупулезности наблюдательный, мог пропустить нечто подобное? Скорее всего, это просто сводит его с ума.

– Все верно. – Оливия издает нетерпеливый звук, как будто ее раздражает, что ей дважды задают один и тот же вопрос. – Ну, вообще-то это мой покойный муж дернул за ниточки, чтобы вытащить из тюрьмы Мэлиса. Но когда он скончался, я взяла на себя управление поместьем. Именно тогда я узнала, что несколько его деловых партнеров обманули его незадолго до его смерти. Поэтому все наследство было на грани разорения.

В ее голосе слышится нотка грусти, когда она говорит о моем дедушке, но теперь я понятия не имею, насколько это реальность, а насколько – притворство.

Хоть что-то в ней было реальным?

Или все, что касается ее, – лишь видимость?

Она играла в эту игру неделями, с той самой ночи, когда пришла в больницу и притворилась, будто только сейчас узнала, что я жива. Она разрешила мне пожить у нее, сняла квартиру и помогла мне встать на ноги. У нее так хорошо получалось вести себя как добрая бабушка, как человек, который заботился обо мне.

– Я делала все, что могла, чтобы вернуть нашей семье прежний уровень могущества, – продолжает Оливия тихим голосом, оглядываясь назад и вежливо улыбаясь распорядителю похорон, который все еще ждет на расстоянии. – Но это было непросто. Пока, конечно, я не поняла, что моя давно потерянная внучка все еще жива. И живет с тремя мужчинами, которых мой муж шантажом заставил помочь ему. – Она снова переводит взгляд на нас, ее глаза холодные и проницательные. – Все было бы так просто, если бы вы просто передали Уиллоу, когда я попросила. Но вместо этого мне пришлось пойти другим путем, чтобы добраться до нее.

– Я не понимаю. Если ты хотела причинить мне боль, то почему была так добра ко мне? – спрашиваю я ее дрожащим голосом. – Почему ты просто не…

Я качаю головой, у меня не хватает слов.

Оливия хмурится.

– Моя дорогая девочка, я вовсе не хочу причинять тебе боль. Я говорила серьезно. Мне и правда нужно, чтобы помогла мне в восстановлении наследия. Я хочу, чтобы ты вернула ему былую славу. Если бы ты просто согласилась на мое предложение, то, возможно, этой неприятной ситуации можно было бы избежать.

– Но… зачем я тебе для этого? – спрашиваю я, беспомощно качая головой. – Я ничего не знаю о том, как управлять бизнес-империей или поместьем.

– Нет. Но ты, похоже, знаешь толк в том, как раздвигать ноги, – холодно бросает она. – Именно это ты и будешь делать для мужа, которого я тебе выберу. Мне нужно объединиться с другой богатой семьей, чтобы спасти поместье от финансового краха, и брак – самый эффективный способ сделать это.