Он наклоняется с горящими глазами и снова завладевает моими губами. Язык скользит мне в рот, переплетаясь с моим собственным. Такое чувство, словно я падаю и лечу одновременно. Поцелуй всепоглощающий и глубокий.
Мэлис будто пытается поглотить меня целиком, и на этот раз ему, возможно, удастся это сделать. Я чувствую лишь его. Этот мужчина полностью овладевает моими чувствами, растягивая и наполняя меня.
Мы находимся в таком положении довольно долго, Мэлис ведет себя необычно любезно и дает мне несколько секунд, чтобы привыкнуть к его размеру.
А затем он начинает толкаться.
Когда он в первый раз вытаскивает член, а затем снова вводит его внутрь, у меня перехватывает дыхание. Я содрогаюсь от этого ощущения, от прикосновения его толстой, горячей плоти к моим самым чувствительным местам, от того, как врезается в меня головка его члена. Он задает темп и начинает трахать меня жесткими, глубокими толчками, совсем не нежничая со мной.
Но таков уж Мэлис. Так он трахается. Я поняла это еще, когда он трахал ту женщину на диване. Кажется, будто это случилось вечность назад.
Он входит глубоко, вгоняя свой ствол с такой скоростью и силой, от которых у меня перехватывает дыхание, и я не могу ничего сделать, кроме как обхватить его руками, зарыться пальцами в волосы у него на затылке и впиться ногтями в его голову.
Секс такой жесткий, если не жестче, чем в первый раз, когда он взял меня. Его пальцы впиваются в мои бедра, он удерживает меня, используя эту хватку как рычаг. Пока я не начинаю чувствовать себя так, будто у меня мозги сейчас из ушей вытекут.
От каждого толчка у меня по спине пробегают искры, а внизу живота уже разливается тепло, которое обещает потрясающую кульминацию. Кровать под нами раскачивается, и я благодарна судьбе за то, что у нее тяжелый деревянный каркас.
Слегка обхватив рукой мое горло, Мэлис снова вбивается в меня, проталкивая свой член так глубоко, что задевает что-то внутри, отчего мне становится больно. Я с шипением сжимаю зубы, издавая тихий, полный боли крик.
Он замирает, грудь вздымается, в его темно-серых глазах отражается беспокойство.
– Все нормально? – хрипит он.
Я киваю, слишком поглощенная тем, как сильно желаю его – как сильно желаю всего этого. Боль уже смешивается с удовольствием, и я не хочу, чтобы он останавливался.
– Д-да, – с трудом выдавливаю я, упираясь пятками в его задницу и тем самым подталкивая его. – Пожалуйста, не останавливайся.
На его суровом лице появляется одобрение, и он улыбается мне, выглядя по-волчьи опасным.
– Только послушайте ее. Какая хорошая девочка. Готова принять все, что я тебе дам, а? Мне даже сдерживаться не нужно.
Я качаю головой, мол, нет, ни в коем случае не сдерживайся. Никаких больше недомолвок. Я устала от того, что мы оба прячемся за нашими стенами.
– Я хочу все, – выдыхаю я, и последнее слово превращается в стон, когда он снова входит в меня, толкаясь с грубой силой. Я выгибаюсь навстречу ему так сильно, как только могу. Меня охватывает жар.
Это так приятно, и все участки тела, в которым прикасается Мэлис, горят от удовольствия.
Мэлис хватает меня за запястья и заводит их мне за голову, чтобы иметь возможность целовать мою грудь, пока трахает меня. Его рот обжигает. Он покусывает, облизывает соски, усиливая интенсивное наслаждение, разливающееся по венам.
Я на пределе: бурлящий смерч ощущений грозит подхватить меня и унести прочь, и я беспомощна перед ним. Но я хочу этого. Хочу раствориться в этом ощущении прямо сейчас, поэтому, когда на меня обрушивается оргазм, я не сопротивляюсь ему.
Волна крышесносная, и я едва не кричу от удовольствия, зажатая между телом Мэлиса и кроватью.
– Вот так, да, – рычит он. – Черт, как же крепко ты меня сжимаешь.
Такое чувство, будто это продолжается вечно. По мне струится чистый жар, раскаленный добела и ослепляющий, не дающий мне покоя.
Когда волна наконец начинает спадать, Мэлис выходит из меня. Я чувствую себя одновременно легкой и тяжелой, расслабленно-податливой и напряженной. Ненасытная часть меня просит еще. Мэлис двигает меня, как пушинку, переворачивает на живот и подтягивает к себе, пока я не оказываюсь на локтях и коленях, задницей кверху.
Он прижимает мое лицо к матрасу, и я издаю стон, ощущая в его теле силу. Мэлис обхватывает мое бедро другой рукой и снова врывается в меня, набирая темп.
– Ты слишком хороша, – выдавливает он, – настолько, что это должно считаться преступлением.
У меня не хватает ни дыхания, ни мозгов, чтобы что-то сказать на это. Все, что я могу сделать, это прижаться к нему, когда во мне снова начинает подниматься наслаждение, неизбежное и неоспоримое.
Новый угол и сила его проникновений снова заводят меня. В комнате раздаются влажные шлепки. Мощное тело Мэлиса бьется о мое. Он хрипло дышит и сдавленно ругается. Всего этого довольно, чтобы я устремилась к новому оргазму, все еще ощущая остатки предыдущего.
Мэлис, кажется, тоже близок к финалу, его толчки становятся беспорядочными и менее размеренными.
– Ох, черт.
