Все будет хорошо.
Николи вернется.
Но что, если нет? Что, если они пришли за ним? Что если они приведут целую армию, чтобы уничтожить его?
Я закрыла глаза и тут же провалилась в самые темные воспоминания внутри себя. Они всегда ждали, затаившись. Только демоны, которые все еще жили, оставались преследовать меня. Джакс и Квентин больше не терзали мои мысли. Их больше не было. На глубоком душевном уровне я знала это. Мое тело знало это. И мое подсознание больше не дразнило меня их жестокостью. Но оставалось еще трое, и еще много пыток с их стороны, чтобы страх обвился вокруг моего сердца и держал меня в заложниках. Это был уже не только страх за меня. Это был страх за Николи. И за Тайсона тоже. Я не хотела, чтобы мое присутствие здесь принесло им вред. Я бы не смогла жить с собой, если бы это случилось.
Я боролась с воспоминаниями столько, сколько могла, но всякий раз, когда я оставалась одна надолго, они всегда побеждали.
— На этот раз ты действительно сделал это, Фарли, чертов идиот, — огрызнулся Дюк, его голос заставил мой пульс сбиться с ритма. Я лежала на полу, и только тепло моей собственной крови согревало меня.
Фарли сегодня не сдерживался. Он был чем-то раздражен, сравнивал меня с какой-то забытой богом женщиной, которую он держал в горах, говорил, что мы все одинаковые, все шлюхи, которые не могут держать ноги сомкнутыми. Я видела за его глазами чудовище, которое даже Дюк не смог бы сдержать. Я боролась изо всех сил, но он одержал верх еще до того, как переступил порог комнаты. Он был вдвое больше меня и состоял из одних мускулов. Мое тело могло выдержать лишь немногое, когда я подвергалась его гневу.
Сейчас, после его избиения, я разрывалась между желанием умереть и инстинктом выживания. Эта агония была невыносима. И я чувствовала, как ласка смерти побуждает меня прекратить борьбу. Я столько раз желала, чтобы она пришла ко мне, но теперь она была здесь, и неужели я действительно хотела уйти?
— Положите ее на стол, мне нужно увидеть повреждения. Если она умрет, ты за это заплатишь, — рыкнул Дюк на Фарли.
— Она не умрет. Она гребаный таракан, — пробормотал Фарли, затем поднял меня и положил на стол. Я закричала, когда огонь пробежал по моим ребрам и по позвоночнику. Что-то было сломано. Может быть, даже много чего.
— Тише, рэд, — приказал Дюк, отодвигая мои волосы от лица, чтобы посмотреть на меня. Я посмотрела на него сквозь слезы в глазах и обнаружила там беспокойство. Но не за меня. Если бы я умерла, весь допрос был бы провален. Но разве они не понимали, что это было бессмысленно с того момента, как я появилась здесь? — Если это перелом, ей нужна медицинская помощь, — сказал он Фарли без обиняков. — Если это перелом, она справится.
— Так что же нам делать, босс? — с тревогой спросил Фарли, бросив на меня взгляд, словно я была корнем всех его проблем.
