Теперь самое сложное – выключить камеры видеонаблюдения. Как я уже знал, в вип-зоне их не оказалось – не позволил бы Окорок рядовым мурам подглядывать за своей берлогой даже из коридора. Но у меня еще в планах Бобер с командой и выход с базы муров через лифт для сброса трупов – знаю, за всеми этими местами ведется наблюдение. Да и записи моего перемещения под личиной знахаря по базе оставлять не стоит. Очень опасно оставлять за собою трупы, но если все выгорит, я хорошо замету следы и, возможно, существенно отсрочу погоню.
Раз на базе нет Воробья и Чумного, то оружейка вряд ли работает, ксер закрыл склад и отбыл на ужин. Лазарет Наркоза давно закрыт. Все это говорит за то, что, по большому счету, рядовым мурам на четвертом этаже делать нечего и сейчас тут должно быть пусто. Изображая в очередной раз пьяного, попробую добраться до комнаты охраны и, вскрыв ее ключами Окорока, проникнуть внутрь. Сложное в моем плане то, что придется стрелять. Хотя меня уже немного отпустило и руки больше не трясутся, я не знаю, сколько народа находится в этой комнате.
Проверив ПСС, я переложил пистолет и запасную обойму в карманы брюк и вооружившись незаменимым виски, двинулся к комнате поста видеонаблюдения. Черт, муры на четвертом этаже были, но при виде меня в личине знахаря с бутылками алкоголя в обоих руках они шарахались в разные стороны, как от прокаженного. Обнаружив искомую дверь, я вначале прошел мимо нее. Убедившись, что рядом никого нет, я сделал вид, что передумал идти прямо, развернулся, доковылял до входа на пост охраны, приложил таблетку-ключ, открыл дверь и, стараясь не шуметь, вошел внутрь. Потуги незаметно просочиться на пост действия не возымели – меня заметили. В небольшой комнате, одна из стен которой была почти полностью скрыта большими жк-панелями, за столом с пультом управления сидели два мура. При моем появлении, они тут же развернулись на своих креслах и уставились недоуменными взглядами. Понимая, что времени у меня в обрез и радуясь от того, что их всего двое, я, пошатываясь, подхожу ближе и, выставив перед собой руки с бутылками виски, обращаюсь к дежурным.
– Прр-ри-вет, братва, ик, – говорю им. – Выпьем?!
Обалдевшие и ничего не понимающие муры перевели взгляды на выпивку.
– Ловите! – командую я им и кидаю каждому бутылку, стараясь попасть мурам в грудь.
Дежурные на автомате ловят виски, а я вынимаю из кармана ПСС и начинаю палить в них с двух рук. Не зря я в том мире тренировался в стрельбе перед покушением – отстрелялся без промаха, всадил каждому в грудь по три пули. Подходя ближе и быстро сменив магазин, сделал по контрольному выстрелу в голову. Минус восемь патронов и одна разбирая бутылка. Специальный СП4, конечно, слабоват, но для подобной стрельбы практически в упор вполне подходит. Оборачиваюсь на входную дверь – она закрылась сама, доводчик постарался. Осматриваю комнату – есть еще одна дверь. Открываю ее, готовый стрелять – раковина, унитаз и – никого. Повезло! Оттаскиваю в уборную трупы, предварительно проверив карманы. Муры пустые, у каждого все как обычно: живчик, ножи, пистолеты с запасной обоймой, ключи, карточки. Теперь посмотреть камеры над входом… Так, все чисто, никто не заметил мое проникновение на пост охраны и на щелчки выстрелов ПСС не обратил внимание.
С камерами видеонаблюдения я провозился непростительно долго – пока разобрался с незнакомой системой управления, да пока нашел место, где хранятся записи с камер, прошло почти полчаса. В результате пришлось разом отключить все камеры, подключенные к этому пульту, и отформатировать все диски, на которые шла запись. Так оказалось быстрее, чем выискивать нужные мне отдельные камеры и записи. А тем временем часы показывали, что еще немного, и у муров начнется ужин. Не знаю, почему, но чуйка просто кричала, что если я не успею перехватить Бобра до девяти, то все будет очень плохо!
