«И… я выбросил цветы». Стоя там перед ней, я осознал, что заслуживаю каждую каплю ее ярости. Я был несправедливым по отношению к ней. Я не предлагал ей ничего, но в тоже время стоял на пути того, кто, возможно, мог предложить ей всё. Это было нечестно и это было неправильно, но я знал, что не могу этому противостоять. Я словно наркоман. А секс с ней – самый сильный кайф, который я когда-либо испытывал. Когда я был один, я ловил себя на том, что снова и снова прокручиваю в голове все наши “встречи”, одновременно и ненавидя это и желая получить новую дозу.
«Черт бы тебя побрал!» - процедила она сквозь стиснутые зубы. Я знал, что она делает все возможное, чтобы не броситься на меня и не избить. «Почему? Почему ты это сделал?»
А вот это как раз та часть, которую я бы не хотел затрагивать. «Потому что…» Я закусил губу и почесал затылок, все еще пытаясь придумать наилучший вариант ответа. Как же меня бесило то, что я позволил себе вляпаться во все это дерьмо. Сделав глубокий вдох, я просто выпалил все. «Потому что я не хотел, чтобы ты встречалась с Майком, понятно?!»
«Да, кем ты себя возомнил, черт подери? То, что мы с тобой трахаемся, совершенно не значит, что ты может принимать за меня решения. Мы с тобой не пара, мы не встречаемся. Черт, да мы не выносим друг друга!» - она прокричала.
«Думаешь, я не знаю этого?! Возможно, это бессмысленно. Но когда я увидел те цветы… Ради Бога, это же были чертовы розы!» - воскликнул я не подумав, и она посмотрела на меня так, будто я сбежал из сумасшедшего дома.
«Ты что, сидишь на каких-нибудь препаратах? Какое, твою мать, отношение имеет ко всему этому тот факт, что это были розы?» Весь ресторан, возможно, сейчас выслушивал наше небольшое представление. Слава Богу, сегодня воскресенье, и зал практически пуст.
«Черт! Я не знаю! Я просто увидел их и… Я не остановился и не подумал об этом. Одна только мысль о том, что он будет трогать тебя…» Мои кулаки сжались, и голос оборвался, пока я пытался вернуть самообладание. С каждой секундой ярость все больше накрывала меня. Я злился на себя за то, что был слабаком и позволил эмоциям выйти из-под контроля, и на нее за то, что она все еще имела это проклятое необъяснимое влияние на меня.
«Послушай, я не говорю, что согласна с тобой, но я понимаю тебя… частично». Я устремил на нее свой шокированный взгляд. «Я бы соврала, если бы сказала, что не испытываю подобных… собственнических чувств», - проговорила она нехотя. Я не мог поверить своим ушам. Неужели она только что призналась мне, что чувствует тоже самое? «Но это не меняет того факта, что ты мне соврал. Ты врал, глядя мне в лицо. Возможно, я считала тебя высокомерным козлом большую часть времени, но ты всегда был тем, кому я доверяла». Меня передернуло от ее слов. Она была права.
«Прости. Мне жаль, что так получилось». Мои слова повисли в воздухе, и я не знаю, кто был больше удивлен, услышав их: она или я. Мы стояли друг напротив друга, глядя прямо в глаза, не зная, что сказать.
«Докажи». Она посмотрела на меня так спокойно, без единой эмоции на лице.
Что это значит? Затем до меня дошло. Докажи. Мы не могли общаться словами, слова всегда вели к неприятностям. Такие уж мы есть. И если она предоставляет мне именно такой шанс исправить то, что я натворил, мне придется воспользоваться им. Я так сильно ненавидел ее в тот момент. Ненавидел, потому что она была права, а я нет, ненавидел, потому что она заставляла меня сделать выбор. Ненавидел, потому что хотел ее больше всего на свете.
Я подошел к ней вплотную, кладя руку ей на шею, и нежно проводя большим пальцем по ее щеке. Затем я резко притянул ее к себе и, глядя ей в глаза, нашел своими губами ее. Это был немой вызов. Ни один из нас не отступит и не признает, что это… что бы это ни было… было нам неподвластно.
В тот миг, когда наши губы соприкоснулись, я был поглощен знакомым опьяняющим чувством, прокатившимся через все мое тело. Ее руки оставались неподвижно висеть по бокам, позволяя мне вести поцелуй. Когда наши языки встретились, она простонала мне в рот.
Мои руки сильнее сжали ее волосы, заставляя ее прогнуться под мой поцелуй. Может быть, это все и для нее, но я, несомненно, буду это контролировать. Прижавшись к ней всем телом, я застонал от того, как безупречно каждый изгиб ее тела сочетался с моим. Я хотел, чтобы эта потребность в ней исчезла, была удовлетворена, и я бы двигался дальше, но каждый раз, как я дотрагивался до нее, это было лучше, чем в предыдущий.
Падая на колени, я схватил ее за бедра и притянул ближе, блуждая губами вдоль пояса ее штанов. Задрав ее майку, я целовал каждый дюйм ее обнаженной кожи, наслаждаясь упругостью ее мышц. Зацепив пальцами ее штаны за пояс, я посмотрел вверх на нее. Ее глаза были закрыты, и она закусила нижнюю губу. Я почувствовал, как задергался мой член от одной только мысли, что я собирался сделать с ней.
