Джессика все глубже погружается в роскошную жизнь Дэйна — наслаждение, власть и господство над чувствами, она испытывает от всего этого истинное блаженство... и непреодолимый страх, что вскоре все это может рухнуть. Чем ближе она к сильному миллиардеру, тем больше она начинает замечать тщательно скрываемые уязвимые стороны его борьбы с прошлым, которое вызывает боль. Вскоре она обнаруживает, что все больше и больше становится не просто его помощницей и любовницей. Она становится его самым надежным доверенным лицом. Но кто-то из прошлого, кого она никогда не ожидала увидеть снова, собирается разыскать ее. И это может стоить ей всего того, что она смогла изменить в себе.
Серия «Обладание женщиной»
Джессика крепко зажала телефонную трубку, другая ее рука сжалась в кулак.
Черт побери! Она излечилась от Шторма, или, по крайней мере, дошла до точки, где каждый раз от мыслей о нем у нее внутри не появлялась боль. И в большей степени потому, что Дэйн стал более значимым отвлечением.
Ее рука скользнула в карман джинсов, и она погладила плоский камень, его подарок.
Но Дэйн был больше, чем просто отвлечение. Он, даже не зная ее, помог, дал совет и вселил уверенность в себя. Он дал ей работу.
— Мама, папа дал ему еще и мой адрес? Или сообщил ему, где я работаю?
— Нет, я так не думаю. Ну... возможно.
— Ох, мама, — Джессика закрыла лицо ладонью. — Зачем он это сделал?
— Милая, ты же знаешь, что он очень любит Шторма и хотел бы видеть его в качестве зятя. Я уверена, он подумал, что ты была бы счастлива встретиться с ним. Он просто хочет, чтобы вы были счастливы. И я тоже.
— Я знаю, мама.
— Ты знаешь, мне было просто любопытно. Что в этом такого плохого, если он найдет тебя?
Ее мать всегда любила Шторма. Ну, конечно, она тоже. Мама хотела, чтобы она была счастлива, но она никогда не будет так счастлива, как тогда со Штормом.
Когда она еще думала, что он любил ее.
Он все еще любил ее? Даже не смотря на все, что он сделал, от этой мысли ее сердце бешено забилось.
Но мама сказала, что она подумала, что Шторм все еще любил ее. С ее стороны можно так легко выдать желаемое за действительное. Когда Шторм ушел от нее, она чувствовала, что ее мать испытывает почти столько же боли, сколько было и у нее. Потому что мамы всегда были со своими детьми. Они хотели их защитить и сделать все правильно. Ее мать отдала бы все, чтобы сделать еще раз все так, как надо, чтобы Джессика была бы счастлива.
Так что мама, наверное, видела только то, что хотела видеть. Шторм, скорее всего, не хотел приезжать сюда для того, чтобы найти ее. Похоже, единственная причина, по которой Шторм хотел поговорить с ней, заключалась в том, что он что-то у нее оставил и хотел это вернуть. Например, она вспомнила, как нашла копию одного из демо-дисков выступления его группы. Она вспомнила, как заметила простой белый диск, с надписью черным маркером, лежащий на ее комоде. Там была песня, которую он написал для нее. Она бы слушала ее снова и снова, это была единственная связь с ним и любовью, которую они разделили. Она вспомнила, как он играл ее обнаженный перед ней. Они оба лежали, сплетенные на постели после занятий любовью, когда он встал, достал свою гитару и начал играть песню, звучащую так душераздирающе, что у нее на глазах выступили слезы. Но реальность ударила по ней тем, что он ушел от нее и их любви, и она засунула свою любовь подальше в ящик комода, как и любой сон, которому никогда не суждено было сбыться.
Вероятно, он хотел только получить обратно этот компакт-диск.
— Я в самом деле не хочу его видеть. У меня здесь новая жизнь.
— Я знаю, но ... ты уверена? Потому что, если он хочет тебя вернуть, то, возможно, ты смогла бы разрешить эту проблему.
— Даже если он хочет меня вернуть, в чем я сомневаюсь, я не хочу к нему назад.
— Но если ты все еще его любишь...
