Недолго думая, раскатала тесто, налепила беляшей и пожарила их на сковороде. Заварила крепко чай и позвала помощников к столу. Пока мужчины мыли руки и усаживались за стол, Мира дожаривала последнюю партию беляшей и не видела, как Дмитрий завороженно смотрит ей в спину. Дмитрий был поражен: эта ленивая полуженщина, с вечно-пустым холодильником, оказывается, отлично умеет готовить! Почему же ему она за все время знакомства, ни разу ни пирожочка ему не приготовила?
Иннокентий ел вдохновенно. Рука его тянулась и тянулась к тарелке с беляшами пока кучка не уменьшилась. Дмитрий же просто нюхал аромат выпечки, не прикасаясь к ней. Ему бы все-равно кусок в горло не полез.
От обиды.
Наконец, Иннокентий наелся и шумно дыша, вышел из-за стола, откланялся, отказался от денег и ушел. Дмитрий же так и сидел за столом, склонившись над одним-единственным оставшимся беляшиком на тарелке.
Как только дверь за Иннокентием закрылась, Дмитрий поднял свои печальные глаза на Миру и озвучил мучивший его вопрос:
— Я столько раз к тебе приходил, а ты мне даже бутерброд обычный сделать ни разу не могла. А тут — расстаралась.
Мира вскинув брови искренне поинтересовалась:
— А зачем мне тебя было кормить? Тебя потом не выгнать было бы. Засел бы мне на шею! Ты мне за все время коробочки конфет с собою не принес. Зачем явился?
— Хочу вернуть назад наши пятничные встречи!
Мира схватилась за голову:
— Охос-спади. Сказала же — видеть тебя больше не хочу! И в услугах твоих больше не нуждаюсь! Я мужа законного из своей жизни выгнала, тебя подавно жалеть не стану!
— Ну что ты так кипятишься, мурлысенька? — зашептал вдруг Дмитрий, — Давай на море съездим? Я в турагентство сегодня заходил, там есть горящие путевки в Турцию. Ну, я вот подумал: ты и я. В Аланью или в Сиде. Будем гулять вдвоем, отдыхать, арбузики смаковать?
У Миры как-раз близился отпуск, и она призадумалась. Она же не дура, чтобы от поездки на море отказываться? Предложение бывшего любовника показалось ей заманчивым, и она улыбнулась.
— А давай!
— Окей! — подпрыгнул к ней Дмитрий, протянув свои трясущиеся растопыренные пальцы к ее талии.
— Паспорт тебе мой, наверное, понадобится? — позволив себя обнять, спросила Мира.
Мысленно она уже собирала вещи на отдых.
— Зачем? — искренне удивился мужчина, блуждая руками. — Как же я соскучился по твоему телу! — промурлыкал он, воспрянув на глазах.
— Как зачем? Билеты на море покупать!
— Так сама и купишь. Завтра у турфирмы встретимся.
Мира замерла, перестав улыбаться.
— Разве не ты мне купишь билет?
Дмитрий терся щетиной об ее ушко:
— У меня денег нет. Точнее, на один билет (себе) я наскребу, а себе ты сама купишь.
…Такой свирепой он ее никогда не видел.
Схватив за шкирку, Мира вышвырнула любовника за дверь и грохнула дверью так, что весь дом затрясся.
— Да что я опять сказал не так? — изумился Дмитрий.
Кто-то позвонил в дверь и Мира открыла.
Иннокентий. Но как изменился! Стильно одет, благоухает достойным парфюмом, а самое главное — в руках у него: цветы, коробка с тортом и коробочка конфет.
Мира с ходу, на глаз, определила, что купленный торт в его руках — не из самых дешевых, а цветы — не хризантемы, (розы). Милостиво пригласила войти в квартиру и улыбнулась.
Иннокентий был каким-то неповоротливым и неуклюжим. В глаза смотреть робел, со лба вытирал испарину. Аж расстегнул молнию на курточке, пробормотав:
— Жарко тут у вас.
Под курткой его Мира сразу узрела рубашку и отглаженные до «стрелочек» брюки.
«Принарядился?» — сразу щелкнула в голове ее мысль, — «Значит, надеялся, что посидит у меня. Или все же, пригласит куда-нибудь?»
Не ошиблась: пригласил. Потея, отводя глаза и незаметно отдуваясь. «Пообедать» пригласил. Куда именно — не уточнил, а Мира спросить постеснялась.
Она забрала у него дары и как-бы невзначай открыла перед гостем дверь:
— Я сейчас, приведу себя в порядок и выйду.
Она же не дура, оставлять его в одной из комнат ждать? Он вон какой верзила, ростом под потолок (что кстати, смущало — Мира привыкла к малорослому Дмитрию). Вдруг, пока она будет переодеваться, ворвется в спальню и повалит на кровать? Ей с ним будет не справиться.
Иннокентий тут-же вышел и Мира на всякий случай незаметно закрыла за ним дверь на задвижку.
Оделась, раздумывая над каждым платьем примерно так:
— Нет, тут декольте легкомысленное, не годится. Это — тоже однозначно нет. Слишком длинное и закрытое. Подумает еще, что я чопорная ханжа!
Платье — «золотая середина» нашлось, но Мира нерешительно задумалась, глядя на него.
Вспомнилось, как это платье потом снимал с нее после свидания Дмитрий.
Повесила обратно в шкаф.
— Брюки надену! — с какой-то злостью решила она.
Сверху — блузку. С полусотней мельчайших пуговок от ворота до самых бедер.
Чтобы было время на раздумья, если вдруг она нечаянно потеряет контроль над своим разумом и окажется с этим Иннокентием не в то время и не в том месте.
