Церковь была огорожена свежевыкрашенным решетчатым забором с открытыми воротами. Служба в данный час (послеобеденное время) не проводилась. Вошёл, хрустя снегом, во дворик, перекрестился и поднялся по ступенькам. Помещение Храма небольшое, внутри тишина, не видно ни служителей, ни прихожан. Постоял несколько минут пред иконой Спасителя, собрался уже выходить, когда увидел священника. Батюшка был примерно моего возраста и поприветствовал меня первым.
На крыльцо священник вышел следом за мной и остановился рядом.
— В гости к кому приехали?
— Да, к товарищу одному давнему, — уклончиво ответил я. — В «Старой деревне» живёт, — и перевёл разговор на другую тему. — Как, батюшка, ходит народ в церковь?
— Ходит. Утром сегодня человек двадцать службу отстояли. Будний день, в основном одни старушки. В субботу и воскресенье поболее прихожан собирается. Ничего, потихоньку, Божьей милостью, и другие подтянуться. Сколько лет коммунисты Храмы разрушали, восстанавливать всегда сложнее. Мало-помалу молодые стали наведываться.
— Думаю, молодёжь или люди моего возраста не спешат в церковь, потому что элементарно не знают, как себя здесь вести. Я вот тоже не знаю.
— Если есть потребность, и если Господь сподобит, человек пойдёт в Храм Божий, независимо от знания или незнания традиций и обрядов. Если же нет, то будет выдумывать различные оправдания. Вы ведь зашли, несмотря на невоцерковленность?
— Случайно зашёл. С дороги увидел, церковь отстроили заново. Дай, думаю, посмотрю.
— Да нет, не случайно. Если бы Господь не сподобил, так бы и прошли мимо. Значит, зачем-то Он Вас сюда направил. Как Ваше имя?
— Андрей.
— А меня Николаем зовите. Отец Николай. Приходите в любое время, а лучше к службе.
— Спасибо, — спустился во дворик и, покинув пределы Храма, повернул и зашагал в сторону «Старой деревни».
На Первомайской также появились коттеджи из кирпича, но всё же основная масса сельчан по-прежнему проживала в деревянных домишках. Открылся круглосуточный магазин «Пикничок», видимо заполненный соответствующим названию товаром.
Наконец, я подошёл к знакомому зелёному дому и замер рядом с палисадником. Пушистые молодые ёлочки превратились в толстые ели и закрывали своими ветвями ставни. В темноте, что ли Сак живёт? Хотя, нет, у него, помнится, во двор тоже окна выходят.
Звонок, который в прошлом тысячелетии здесь не наблюдался, теперь присутствовал. Я сначала погладил рукой чугунное кольцо, затем решительно нажал кнопку.
Залаял Артур. Действительно, гавкает ещё довольно бодро. Раздались чьи-то звонкие голоса, дверь заскрипела, и моему взору предстали три кучерявые головы пацанов от пяти до девяти годков. За спинами детей я разглядел лохматую дворнягу, явно не похожую на овчарку.
— Кто там? — следом за ребятами к воротам быстрым шагом подошла тридцатилетняя женщина в светлом платке. — Бегите в дом, замёрзните, — она отогнала детей и вопросительно посмотрела на гостя. — Вы к батюшке?
— К батюшке? — растерялся я. К какому ещё батюшке? У Сака дети появились? — А Владимир Артурович сейчас дома?
— Владимир Артурович? — теперь удивилась хозяйка. — Здесь такие не проживают. Может, Вы домом ошиблись?
— Вроде, нет, — ещё раз, на всякий случай, окинул взглядом улицу. — Я к нему раньше именно сюда заходил. А Вы давно по этому адресу проживаете?
— Десять лет.
— Десять лет?!! И не знаете, куда прежний домовладелец, Сак Владимир Артурович, переехал?
— Нет. Вы лучше не у меня, а в администрации спросите. Или у батюшки, отца Николая. Он сейчас в Храме находится. Знаете, как пройти?
— Знаю, я только что оттуда, — сказать, что я был обескуражен, значит, промолчать. — А Вы супругой отцу Николаю приходитесь?
— Да, — просто ответила женщина.
— Извините, — я развернулся и побрёл обратно в сторону церкви.
Когда проходил мимо магазина «Пикничок», с трудом подавил желание купить и тут же выпить какую-нибудь спиртосодержащую гадость.
Батюшка общался в церковном дворике с пожилым мужчиной. Заметив нового знакомого, священник распрощался с собеседником и вопросительно посмотрел в мою сторону.
— Такие дела, отец Николай, — остановился на расстоянии пары метров, — ищу, оказывается человека, в доме которого Вы теперь живёте. А я был уверен, что он до сих пор проживает на улице Первомайской. И где теперь искать Владимира Артуровича? В плане получения информации, надежда только на Вас. Жену Вашу я уже спрашивал. Знать, хотя бы, в этом населённом пункте искать или дальше где?
Батюшка вспоминал недолго.
— Когда я приход принял, дом наш теперешний уже пустовал около года. Прежний его владелец фамилию странную носил. Корейскую, кажется?
— Да, корейскую. Сак его фамилия. Владимир Артурович Сак.
— Точно, точно — Сак. На нашем кладбище похоронен. Если время есть, могу могилку показать.
— Могилку?!! Нет, нет, это не он… — встряхнул головой, плохо понимая, что происходит. — Не может он похороненным быть. Я с ним четыре дня назад разгова… — и замолчал.
— У Вас какие-то проблемы? — дотронулся моего плеча отец Николай. — Пойдёмте в келью, расскажите. Может быть, смогу помочь.
