Сегодня он собирался подарить Софи обручальное кольцо. Вначале он решил, что бал самый
подходящий для этого случай. Но потом передумал. Эмма напомнила ему, что бал устраивается для
Люси, и если он вручит Софи кольцо на балу, она постарается привлечь к себе всеобщее внимание, а
Люси останется в тени.
– Доминик! – радостно воскликнула Софи, когда он появился в гостиной, где она сидела с
матерью. Софи была в темно-розовом шелковом платье, которое изумительно оттеняло нежный цвет ее
лица. Красивая девушка, ничего не скажешь, в который раз отметил Доминик. – Я посчитала, что ты
слишком занят приготовлениями к балу и не придешь к нам сегодня.
Он поклонился леди Монтфорест, а затем ответил Софи:
– Разве ты не рада моему приходу?
– Конечно же, рада, глупый. – Она сделала ему знак сесть рядом с ней на диван.
Ее светлость с лукавой улыбкой встала.
– Я вас оставлю наедине. В конце концов, вы помолвлены.
– Все готово к балу? – спросила Софи, когда мать ушла.
– Несомненно, в последний момент обнаружится, что что-то забыли, но пока вроде все сделано.
Люси и мисс Вудхилл очень взволнованны.
– Не понимаю, с чего волноваться мисс Вудхилл. На балу Люси не понадобится компаньонка.
– Именно поэтому я пригласил мисс Вудхилл как гостью. У нее в жизни совсем нет развлечений,
да и Люси будет рада.
– Доминик, как ты мог! Она и так дерзит не в меру, а теперь...
– Софи! Неужели мы будем из-за нее ссориться? – Он улыбнулся, стараясь смягчить
накаляющуюся обстановку. – Я пришел поговорить не о мисс Вудхилл.
– Тогда выгони ее. Она может нас поссорить.
– Софи, не говори ерунды, – ответил Доминик, но подумал, что Софи, возможно, права. Однако
теперь, когда он заявил, что заботится о мисс Вудхилл по просьбе ее покойного отца, он не может
расстаться с ней, даже в угоду невесте.
– Боюсь, что это невозможно, – с улыбкой ответил он. – Я дал честное слово.
– Тогда ты должен позаботиться, чтобы она вела себя скромно и не заставляла меня краснеть.
– Она понимает, что это бал Люси, к тому же у нее нет модных платьев. Пожалуйста, не будем
больше о ней говорить.
Софи сменила гнев на милость.
– Ты прав. Не стоит ссориться из-за этой серой мышки. Нам есть о чем поговорить. Ты получил
приглашение на бракосочетание принцессы Шарлотты?
Доминику не понравилось, что Софи назвала Эмму серой мышкой, но он решил воздержаться от
замечаний.
– Да, хотя думаю, что дальше передней
вместить всю английскую аристократию, а я не хожу в любимчиках у регента. – Он вынул из кармана
коробочку. – Давай лучше обсудим нашу свадьбу. Мы можем назвать дату и поместить объявление в
газете?
13 Парк-Лейн – фешенебельная лондонская улица.
33
Доминик открыл коробочку, взял кольцо и с улыбкой посмотрел на охнувшую от изумления
Софи. Он надел кольцо на безымянный палец ее левой руки.
– Доминик, какое красивое и большое! Ты самый щедрый из мужчин! – Она бросилась с
поцелуями ему на шею. – Мои подруги умрут от зависти.
– А когда свадьба? – с улыбкой спросил он.
– На следующий день после Рождества.
– Рождества? – удивился он. – Почему?
– Мне хочется устроить пышную церемонию зимой, за городом, и собрать весь высший свет,
когда шумиха вокруг свадьбы принцессы Шарлотты и эти дурацкие балы дебютанток забудутся. Я все
устрою по-своему.
Доминик в этом не сомневался. К счастью, огромные расходы оплатит виконт Монтфорест,
который наверняка захочет побаловать единственную дочь.
Родители Софи поздравили их, и Доминик выпил бокал кларета с виконтом. Но, уходя, он
почему-то не ощущал себя на седьмом небе от счастья.
Доминик отправился на Бонд-стрит в боксерский клуб Джексона, где у него был назначен бой с
Берти. Это занятие развеет его грусть и взбодрит для предстоящего вечера.
Доминик стоял наверху первого пролета лестницы и приветствовал гостей. Он заметил Эмму,
спускавшуюся вниз, и замер, словно пораженный громом. Он всегда находил ее привлекательной, но
сейчас она была ослепительно красива.
Волосы она разделила пробором и уложила на затылке в пучок. Строгая прическа подчеркивала
безупречные черты лица: высокие скулы, тонко очерченные брови, прямой нос, полные губы, словно
созданные для поцелуев.
Сари переливалось радугой красок. Эмма не шла, а скользила по полу. Глаза под зеленой
бархатной маской возбужденно блестели, и она больше не выглядела скромной компаньонкой, серой
мышкой, как назвала ее Софи. Сегодня она была аристократкой. Доминик нарядился в костюм
индийского принца. Люси и Софи стояли рядом с ним. Люси – в тончайшей тунике из белого шелка –
изображала Венеру. Софи оделась королевой Елизаветой. Обе девушки были красивы, но Эмма
затмевала их. Она подошла к ним, остановилась и, сложив ладони вместе, поклонилась, как в тот день,
когда Доминик впервые ее увидел. Он также ответил ей индийским приветствием, но подходящих слов
не нашел.
Молчание прервала Люси.
– Ой, Эмма, – с радостным смехом воскликнула она, – вы просто чудо!
Эмма перехватила восхищенный взгляд Доминика, и это доставило ей удовольствие. Она, Эмма
Монтфорест, если захочет, может соперничать с Софи, несмотря на то, что у той на пальце
