Прелестная смутьянка полностью

– Я не верю, что он так написал обо мне! – Миа в раздражении швырнула газету на пол, ее серые глаза сверкали яростью. – Это моя первая актерская работа, а он ее полностью раскритиковал. Моя карьера закончится, не начавшись.

– Я бы не принимала это на свой счет, – заметила Шелли, перезагружая посудомоечную машину. – Брайен Двайер критикует практически все. Ты слышала вчера его интервью по радио? Он выставил собеседника полным дураком. Вот так он зарабатывает себе рейтинги. Ты либо любишь его, либо ненавидишь.

– Я ненавижу его, с чувством произнесла Миа. – И хочу, чтобы мне представился шанс сказать ему это в его надменное и самодовольное лицо.

– Как знать, вдруг да посчастливится, – произнесла Шелли, засыпав порошок в отсек посудомоечной машины. – Он был здесь по утрам три дня подряд, каждый раз с новой женщиной. Ты должна была заметить, как Тони захлебывался от восторга, говоря о нем. Меня чуть не стошнило.

– Он был здесь? – Глаза Мии зажглись надеждой. – Брайен Двайер был здесь?

Шелли оторвалась от посудомоечной машины.

– Послушай, Миа, помни, что ты здесь новенькая, и вообще, Тони дал тебе эту работу, потому что я замолвила за тебя словечко. Если ты собираешься…

– Один «каппучино» и кофе-латте без кофеина. – Тони Претелли, владелец кафе, бросил заказ на прилавок и взял тарелку с тостами. – И поторопитесь. Наша популярная знаменитость снова здесь.

– Кто это? – поинтересовалась Миа, заглядывая Шелли через плечо. Она присвистнула, поймав мимолетный взгляд высокого широкоплечего мужчины с блестящими темно-каштановыми волосами, который непринужденно болтал с привлекательной брюнеткой. – Черт возьми!

Шелли схватила ее за руку.

– Даже не думай об этом, Миа. Тони уволит тебя немедленно, если ты расстроишь клиента, независимо от того, знаменит он или нет.

Миа вырвала свою руку и, очаровательно улыбаясь, взяла кофе, который только что приготовил дежурный бармен.

– Рискну один разок. В любом случае стоит отомстить этому напыщенному индюку за критику в мой адрес.

Шелли поморщилась, когда Миа понесла заказ.

– Думаю, лучше мне не видеть этого…

Миа медленно подошла к столику, Брайен Двайер сидел к ней спиной. На нем была светло-голубая рубашка, рукава которой были закатаны до локтей. На левом запястье красовались дорогие серебряные часы. Курчавые волосы средней длины лежали небрежно.

Лицо мужчины было знакомо ей: оно красовалось на обложке почти каждого женского журнала, поскольку уже второй год подряд ему присуждался титул «Холостяк года». Его постоянная передача в лучшее эфирное время и популярная еженедельная колонка в сиднейской газете обеспечили ему такую славу и состояние, о которых большинство людей могут только мечтать. Но даже без всего этого он был мультимиллионером за счет некоторых разумных инвестиций, которые осуществил задолго до того, как ему исполнилось тридцать три года.

Миа бросила быстрый взгляд на свое отражение в зеркале. Скорее всего, он не узнает ее. С белокурыми до плеч волосами, собранными в хвост, и без макияжа она похожа на обычную официантку в кафе. Миа дерзко улыбнулась, репетируя про себя ирландский акцент; так даже лучше – официантка кафе, приехавшая из-за границы.

– Доброе утро! Так, что тут у нас? Каппучино и двойной кофе-латте без кофеина? – бодро произнесла Миа.

– Мой – без кофеина, – дружелюбно улыбаясь, сказала брюнетка.

Миа поставила перед ней кофе и повернулась к темноволосому спутнику женщины, который даже не удостоил вниманием появление Мии.

– А вам что?

– Каппучино, – ответил он, не отрываясь от чтения документов.

– Пожалуйста, каппучино, – сказала Миа и пролила кофе ему на колени.

– Какого черта!.. – Брайен вскочил на ноги, отряхиваясь.

– Простите, ради бога, я такая неловкая, – произнесла Миа без тени раскаяния в голосе. – Сейчас принесу вам другую чашку.

– Я не хочу другую! – Он посмотрел на Мию, потом, прищурив глаза, сказал: – Черт, мне кажется, я вас уже где-то видел.

Миа рассеянно посмотрела на него и собралась уходить.

– Простите, но вы ошибаетесь. Я никогда не встречала вас прежде.

– Вы – та девушка… – он крепко взял ее за руку, – реклама туалетной бумаги, правильно?

Миа освободила свою руку и надменно посмотрела на него.

– Простите, но вы меня с кем-то путаете.

– Я никогда не забываю лица, а ваше – определенно очень…

– Вы уволены! – прокричал Тони Претелли, приближаясь к ним. – Вы слышите меня, Миа Форрестер? У-во-ле-ны. Уволены. Сейчас. Прямо сейчас, с этой минуты.

– Миа Форрестер? – Брайен нахмурился.

– Простите, господин Претелли, – сказала Миа, моментально забыв про свой ирландский акцент. – Я не нарочно. Чашка просто выскользнула из моих рук.