Харриган насухо вытер волосы рубашкой, потом сполоснул ее в мелкополном ручье. Мелькнула мысль, что он напрасно оставил Эллу одну, да еще с отдохнувшими лошадьми в придачу. Но он решительно отмел внезапные подозрения. Она обещала, что сегодня ночью не попытается бежать, и он ей верил. Харриган слишком легко поверил девушке потому, что она откровенно объяснила причину данного ему обещания. Действительно, какой смысл бежать, если толком и не знаешь куда?
Ирландец подобрал с земли одежду и пошел обратно. Он с радостной улыбкой возвращался к Элле. Но его настораживало, что эта радость была связана не только с наслаждением, которое о» мог обрести в ее объятиях. Ему нравилось просто смотреть на Эллу, разговаривать с ней.
Это могло стать началом глубокого чувства, с которым у него не было сил бороться.
Развесив мокрую одежду на кустах, Харриган повернулся к Элле, и сердце вдруг сильно забилось. Девушка сидела у огня и неторопливо расчесывала свои роскошные длинные полосы. На ней были только тонкая нижняя рубашка и кружевные панталоны. Никогда еще он не видел более прелестной картины. Отсветы костра играли розоватыми бликами на ее матово-белой коже и придавали ей почти неземной вид. Его окатила жаркая полна любовного желания.
Стараясь держать свою страсть в узде, Харриган медленно опустился на землю рядом с Эллой. В любовной игре она все еще оставалась новичком. И если тело ее быстро оправилось от первой близости с мужчиной, то сердцу и душе все еще нужно было привыкнуть к утрате невинности и началу новой жизни. Харриган новее не хотел напугать Эллу неудержимостью своих любовных желаний. Он уговаривал себя не торопиться и терпеливо дождаться, когда Элла сама изъявит желание, сама позовет его. Дай Бог, чтобы у него хватило на это сил.
Элла продолжала медленно расчесывать волосы и рассеянно слушала рассуждения Харригана о погоде. Украдкой поглядывая на него, Элла успела заметить брошенные в ее сторону весьма красноречивые взгляды. Харриган, однако, вел себя весьма сдержанно, и она не могла понять отчего. И вдруг поняла. Он ждал от нее хотя бы намека на ответное желание.
Элла убрала расческу в саквояж и повернулась к Харригану. Девушка не смогла сдержать улыбки, увидев, с каким трудом он оторвал взгляд от низкого выреза ее ночной рубашки. Его сдержанное ожидание было таким трогательным, что на сердце стало тепло и радостно. Но Элла знала, что это скорее от растущей привязанности к нему, чем от желания близости. Она не могла прямо попросить мужчину разделить с ней любовное ложе, но намекнуть о своих чувствах…
Элла медленно склонилась к Харригану, коснулась легким поцелуем его губ и ласково пропела пальцами по мощной груди. Харриган обнял ее, дрожа всем телом. Было так приятно прикасаться кончиками пальцев к телу возлюбленного, что будь у нее хоть малейшая возможность, Элла ласкала бы его до конца своих дней. Она сумела воспрети питье я настойчивым попыткам Харригана увлечь ее на расстеленные одеяла. Стоит им там оказаться, и он снова закрутит ее в танце любви. Ей вдруг захотелось узнать, как далеко она осмелится зайти, чтобы возбудить его. Если у нее вес получится, Харриган уже не будет сомневаться в ее желании любить его.
Когда он поцеловал ее, Элла начала гладить его широкую спину и мускулистую грудь, буквально ощупывая каждый дюйм. Она отважно вступила в игру с его настойчивым языком, решительно проникая глубоко в его рот и радуясь невнятным постанываниям. Когда он наконец оторвался от ее губ, Элла принялась покрывать поцелуями его крепкую шею. Харриган откинул голову назад, и она, воспользовавшись этим, перенесла свои ласки на его грудь.
Руки девушки скользнули на бедра Харригана. Она принялась нежно поглаживать, а потом положила ладони на пояс его штанов. Харриган задрожал, тогда Элла развязала тесемки и осторожно скользнула рукой внутрь. Тело его судорожно дернулось, когда она сомкнула пальцы вокруг восставшей плоти. В какой-то момент Элла испугалась, что повела себя слишком дерзко. Она начала было убирать руку, но Харриган перехватил ее запястье и удержал на прежнем месте.
Элла, закрыв глаза, одаривала своего возлюбленного откровенными ласками и ощущала, как в ней самой нарастает страсть от каждого чувственного вздрагивания Харригана и его горячечного ободряющего шепота. Когда же он, расстегнув и широко распахнув на ней нижнюю рубашку, начал нежно ласкать ее груди, Элла не сумела сдержать громкого стона наслаждения. Она чувствовала на себе его взгляд, и одно это переполняло ее желанием большей близости. Едва он прикоснулся губами к напрягшемуся бугорку ее соска, она обвила руками его шею и притянула к себе, чтобы полнее насладиться поцелуем.
