Элла глухо вскрикнула от неожиданности и возмущения, когда Харриган, бесцеремонно зажав ей рот ладонью, метнулся в темный, грязный проулок между салуном и местной тюрьмой. Однако девушка успела заметить Луизу и чертыхнулась про себя. Все ее отчаянные попытки вырваться из железной хватки ирландца к успеху не привели. Он тащил ее за собой, как тряпичную куклу, прямо к конюшне. Лишь оказавшись внутри, Харриган отпустил девушку и повернулся к лошадям. Хозяин как раз начал их расседлывать и теперь с открытым ртом в изумлении уставился на Махони. Тот, не отпуская руки Эллы, ловким движением выхватил пистолет.
— Если закричишь, убью первого, кто появится в дверях, — пригрозил он свистящим шепотом.
Элла как раз собиралась позвать на помощь, но после этих слов крик застрял у нее в горле. Однако она быстро взяла себя в руки.
— Убьешь так же, как убил мою лошадь? — ядовито осведомилась она.
— Догадалась, что я тогда соврал? — Он бросил взгляд па хозяина конюшни. — Седлай быстро. Если сделаешь, как говорю, все уплаченные деньги оставлю тебе.
— Если ты не смог застрелить мою лошадь, то уж точно не застрелишь Луизу или кого-то из ее парней.
— Если лошадь ранена, ее надо пристрелить. Тут ты права — я тогда блефовал. Я никак не мог подстрелить твою кобылку. А вот человека можно не убить, а ранить, зная, что он выздоровеет. Я не собираюсь никого из них убивать, но причинить сильную боль могу, если ты меня к этому вынудишь.
Элла выругалась, рванулась в сторону и, вытянув шею, сумела выглянуть на улицу. Луиза торопливо направлялась прямо к конюшне.
— А что ты будешь делать, если они все окажутся здесь?
— К этому времени нас здесь уже не будет.
Элла вскрикнула от неожиданности, когда Харриган подхватил се под мышки и грубо бросил в седло. Вскочив на своего коня и подхватив поводья ее лошади, он поскакал к выходу. Девушка услышала, как тетя громко выкрикнула ее имя, и прокляла себя за очередной упущенный шанс. Харриган все сильнее влиял на ее судьбу. Она глубоко любила его, но сейчас, когда они галопом неслись прочь из города, готова была возненавидеть.
— Черт! — воскликнула Луиза и в ярости ударила кулачком о ладонь. — Как же везет этому негодяю!
— Я не думаю, что Харригану везет, Луиза, — заметил подошедший к ней Джордж. — Поверьте, он не очень-то жалует скачки на лошадях и ночевки в лесу. А вы сейчас не только вытурили его из города, но и лишили свою племянницу гостиницы, ванны и постели.
— Может, снять наших лошадей с поезда и догнать его? — предложил Джошуа.
— Нет, — ответила Луиза. — Пока мы выведем их да оседлаем, он будет уже далеко. Поверить не могу, что так сглупила. Надо же, совсем забыла об осторожности!
— Так откуда же было знать, что Махони окажется в этом городе!
— Между прочим, мы едем поездом и сходим на каждой станции как раз для того, чтобы выследить его! Пожалуй, я слишком привыкла опаздывать, вот в чем дело. И решила, что сегодня будет так же, как всегда, — ни ирландца, ни Эллы. — Она мрачно покачала головой и снова крепко выругалась. — Надо было действительно тогда пристрелить негодяя, вот и все.
— Сомневаюсь, что ваша племянница одобрила бы ваши действия, — спокойно возразил Джордж.
— Да знаю я, — вздохнула Луиза. — Элла вовсе не такая стойкая, как может показаться. Да и я давно уже не дитя. Эта парочка провела вместе слишком много времени. Элла — прелестная девушка, и она прекрасно видит, насколько красив этот ваш Махони. Дьявол меня забери, я вспомнила, как они глядели друг на друга в тот день, когда мы вас заловили! Я же не круглая дура и знаю, что произошло той ночью в гостинице и что происходит с тех пор каждую ночь. Да за одно это надо было ему голову снести!
Заслышав гневные потки в негромком голосе Луизы, Джордж торопливо заметил:
— Вы только в гневе не забудьте о чувствах вашей племянницы. Я уверен, что она из тех женщин, которые должны испытывать хоть какую-то симпатию к мужчине, прежде чем согласиться на близости с ним.
Джошуа нервно хохотнул, и Джордж тут же понял, что совершил серьезную ошибку. Луиза резко повернулась к нему и шагнула вперед. Джордж невольно отпрянул. Никогда в жизни он не видел такой разъяренной женщины. Внутренне подобравшись и приготовившись принять на свои плечи всю тяжесть ее гнева, он подумал, что, во всяком случае, отвлек Луизу от мысли убить Харригана. Теперь дело за малым — сделать нее, чтобы она не прикончила его самого.
— Может быть, хватит удирать? — прокричала Элла, не надеясь, что ее голос прорвется сквозь оглушительный топот копыт.
