Прелюдия для виолончели полностью

Вероника залюбовалась пейзажем и интуитивно шагнула навстречу этому великолепию… Ах да, она на мгновение забыла, где находится: тяжелая оболочка взамен ее привычного тела; подчиненное странным законам пространство, по которому нельзя свободно перемещаться, руководствуясь одним лишь намерением. Как там его классифицируют люди? Трехмерное, ортогональное Гильбертово? Напрасная игра местных теорий. С их помощью невозможно установить даже математическую связь с ее далекой Эллиоланией. И само слово «далекая» здесь совершенно неуместно. Она везде и в то же время нигде. Она просто недоступна для земного тела.

Милая Эллиолания! Еще агенты-первопроходцы дали это название своей родине, ведь после трансформации они вынуждены были общаться друг с другом при помощи слов, как и все вокруг.

Странное чувство: ты сама вроде бы есть, но тебя настоящей нет. Девушка взглянула на изящный браслетик, который красовался на левом запястье, – едва заметная синяя искорка бежала вокруг руки, поглощая тончайшую линию, составляющую огромное количество витков. Это единственное, что связывает ее со своим родным телом, растворенным внутри человеческой оболочки.

Вероника поставила тарелку на подоконник. Как люди могут испытывать такое пристрастие к пище? Этот дикий способ восполнения физической энергии вызывал у нее полное отвращение. Конечно, слабость и спазмы в желудке давали о себе знать, но тогда лучшим решением проблемы становился какой-нибудь насыщенный необходимыми веществами коктейль. «Нет, нужно работать над собой», – вздохнула девушка и вернулась в комнату.

Рядом с книгами лежал билет на концерт. В се-таки забавно: прошла ночь, и уже начался другой, новый день, в котором все расписано по мелким отрезкам времени. При этом у него новое число, почему-то успевающее смениться в полночь.

Люди до абсурда привязаны к часам и календарю и, несмотря на это, многое забывают, путают и совершенно не чувствуют потока времени, в отличие от ее соотечественников. Но так рассуждать легко, если находишься в родном измерении, а здесь даже агент Эллиолании зависит от хронологии. Конечно, время неумолимо бежит вперед и на родине Вероники. Там тоже еще никто не научился путешествовать в прошлое или будущее, да и способа обходить временные точки пространства просто не существует.

Так-так, до вечера еще нужно успеть приобрести платье и вообще сконцентрироваться на своем задании. Она оправдает доверие Сектора трансформаций и обожаемого Наставника, будет достойно продолжать дело своих родителей. Жаль, что мама и папа никогда не узнают о ее успехах. Если бы только можно было их вернуть! Даже когда она еще мало что понимала, все равно хотела стать такой же, как они.

Письмо! Веронику словно осенило. Она напишет им письмо. Именно на бумаге, согласно традиции. Только бы найти правильные слова…

Девушка решительно открыла давно приобретенный блокнот, до сего момента никак не находивший своего предназначения, взяла ручку и старательно вывела дату:

«17 сентября».

В центре написала:

«Дорогие мама и папа!»

А ниже, как и положено, с красной строки начала излагать свои раздумья, поначалу очень медленно, но затем едва успевая запечатлевать фразы:

«Я уже не впервые в земном измерении. Сейчас мне совсем легко формулировать мысли. Очень радует, что здесь нужен именно русский язык. Мне кажется, только он способен передать полностью эмоции и впечатления.

Люди так странно представляют пространство, в котором живут. По их мнению, оно трехмерное, но ведь это ничего не значит. Еще они утверждают, что находятся на поверхности шара. Удивительно, но у них имеется восприятие целостности формы, пусть и не такое, как в Эллиолании.

Знаю, что вам очень нравились Уральские горы, а я всегда хотела увидеть их сама, и вот мое желание исполнилось. Наша станция находится в красивом месте; жаль только, что прежняя, с которой вы совершали свои трансформации, ликвидирована из-за того ужасного происшествия.