И в это время все пастушки в поисках к ней подошли и обняли ее. Они все вместе испытали здесь такую радость, какую можно испытать, когда великое сокровище утратишь и вдруг найдешь его хоть половину. Потом пастушки все, увидевши ее в великом горе, ее с собою взяли и углубилися в великий лес. И там в лесу до той поры, пока был виден свет луны, шри Кришну джи пастушки все искали. Когда в густом лесу во тьме они дороги больше не нашли, они, мужаясь и надеяся на встречу, все вернулися назад, пришли опять все на берег Ямуны и сели там, где много радости им дал шри Кришначандра“.
Так гласит глава тридцать первая „Пастушки в разлуке со шри Кришной“ в „Прем Сагаре“, сочиненном шри Лаллу Лалом.
Шри Шукадева джи сказал: „Махарадж! Усевшися на берегу Ямуны, пастушки, опьяненные любовью, стали воспевать все добродетели и чудеса все Хари: «Любимый! с тех пор как ты явился в Брадж, здесь проявлялись, пас всех осеняя, радости все новые и новые. Богиня Лакшми, в надежде быть у ног твоих, сюда явилась и устроила надолго жительство свое! Мы все пастушки и твои рабыни; скорее вспомни ты о нас и прояви к нам состраданье. С тех пор как твой прекрасный темный чудный образ увидали, рабынями некупленными мы твоими стали! Поражены сердца у нас всех стрелами твоих очей, так почему ж, о милый, не приписаны мы к челяди твоей? Когда ты не доступен нашим взорам, от нас уходит наша жизнь. Благоволи теперь к нам милость проявить, оставь суровость и скорее нам явись! А ежели тебе убить нас надлежало, зачем тогда от яда, от огня и от воды спасал нас? Зачем тогда не дал нам умереть? Мы знаем, ты не только сын Яшоды: тебя ведь Брахма, Рудра, Индра и все другие божества моленьями своими привлекли сюда затем, чтоб мир спасти!
«Владыка жизни! Одно лишь вызывает в нас большое изумление: ведь если нас ты будешь убивать, тогда кого же будешь ты спасать? Любимый! Ты проникаешь в тайны сердца! Но почему ж ты не избавишь нас от наших всех страданий и не исполнишь упований сердца? Иль ты победою над женщинами здесь на земле достичь геройства хочешь? О милый! Когда твой ласковый проникнутый улыбкой легкой взгляд или изгиб бровей, иль шаловливый взгляд твоих очей, иль льнущее движенье шеи, иль блеск твоих речей к нам в души проникает, то разве не бывает мучительно нам больно? Когда ты уходил коров пасти в леса, тогда, при мысли о твоих прекрасных нежных ножках, лесные камни и шипы въедались в души наши! С зарей ты уходил и вечером вновь возвращался; но все ж для нас четыре стражи югами казались четырьмя. Когда перед тобою мы садились и дивный лик твой созерцали, тогда в душе мы размышляли: Как глуп великий Брахма, что создал веки у очей, для них воздвиг преграду, не дал смотреть нам не мигая на тебя!»“
Рассказав это сказанье, шри Шукадева джи молвил: „Махарадж! Таким вот образом пастушки, страдая от разлуки, до последних сил многообразно воспевали жизнь и чудеса шри Кришначандры. Но все ж Бихари не пришел. Тогда в отчаянье, в надежде на свиданье после смерти, оставив упования на жизнь и вне себя от тяжкой муки, они упали и с рыданьями вопили так, что, услыхав их вопли, в великую печаль пришло там все живое: как то, что двигаться способно, так и неподвижное“.
Так гласит глава тридцать вторая „Пастушки в разлуке с шри Кришной“ в „Прем Сагаре“, сочиненном шри Лаллу Лалом.
Шри Шукадева джи молвил: „Махарадж! Когда шри Кришначандра, проникающий в сердца, постиг, что без него пастушки не останутся в живых,
