Дойдя до двери, останавливаюсь. Мое внимание снова привлекает металлический зверь. Опускаюсь на пол рядом с ним и стягиваю с его глаз красную ленту. Как такое возможно? Словно бы в свои глаза смотрю. Схожесть пугающая. На металлическом изваянии они инородным телом кажутся. Провожу рукой по блестящей синей радужке. Подушечками пальцев ощущаю прохладу. С самого детства я десятки, если не сотни раз слышала комментарии и комплименты на тему яркого цвета глаз, дескать, в первые видим такие. Мастер поработавший над этим, явно, видел похожие.
Вчера мы с Димой долго на берегу реки пробыли. Он провел мне экскурсию по своим излюбленным с юности, почти не тронутым человеком, местам. В свете телефонного фонарика это было романтично и необычно.
Во время прогулки мы обсуждали планы дальнейшие относительно маленького. Не думала, что ему будет интересно слушать о ребенке. А уж как я удивилась, когда Дима стал рассказывать о том, как он будет Вову рыбачить учить… Слабо могу представить Диму рыбачащим, сидящим часами в окружении удочек, в его случае, наверное, спиннингов, или что там ещё есть?! И да, мы, путем долгих споров и переговоров, выбрали имя сыночку, и на всякий случай для девочки имя. Вдруг УЗИ погрешность дало.
Если меня спросить, что происходило вокруг вчера, какая погода была – я не вспомню. Настолько была увлечена происходящим между нами. Непередаваемое ощущение неподдельного интереса к себе. За пару часов, все мои, кропотливо накопленные, убеждения о том, что Диме оно и не надо, разлетелись на мелкие осколки. Я почувствовала какую ошибку чуть ли не совершила. До этого весь внутренний баланс держался только на убеждении, что Дима не хочет детей иметь.
Диму нахожу в цокольном этаже, подвесную грушу колотящим. Этажи в Димином доме соединены широкой спиралевидной деревянной лестницей, опустившись на её последнюю ступеньку наблюдаю за Димой. Движения плавные, он двигается вместе с грушей, сохраняя дистанцию, поддерживая постоянно дальнюю, позволяющую наносить прямые сильные удары. Следует джеб – левый прямой, Дима выпрямляет руку, скручивая немного плечо. Чувствуется - ему комфортно. Дима очень подвижный, при этом без лишней суеты. Быстрый. Грациозный. Естественный. Легко бьет, что с места, что с шагом, что с двумя, сокращая разрыв дистанции. На обходе груши, совершая комбинацию ударов, он замечает меня. Замирает в стойке, с опущенной головой.
- Ты проснулась, - спрашивает Дима не вопросительно. – Я не стал тебя будить. Время ещё должно быть, - рефлекторно совершает движение рукой, в попытке посмотреть на часы наручные, которых сейчас на нем нет. – Я увлекся и мы опаздываем?
- Вроде бы нет, я на часы не смотрела. Проснулась и пошла искать тебя сразу. Заблудилась, - усмехаюсь немного.
Отчасти это правда. Ночью мы поздно освободились, как Дима сказал – ближе поехать в его дом загородный, чем возвращаться в квартиру. Собственно тут мы и находимся. Не так часто я была здесь, чтобы свободно ориентироваться. Если бы не глухие удары, доносящиеся снизу, я бы так и бродила по верхним этажам.
- Не подумал записку тебе написать. Уснуть не получилось, я решил делом заняться. Возраст, сама понимаешь, надо держать себя в форме.
- Совсем не спал?
- Я рядом с тобой просидел почти до утра. Когда убедился, что спишь крепко и безмятежно – спустился сюда. Я, в отличие от тебя, уснуть в возбужденном состоянии не могу. У меня в обратную сторону срабатывает.
Не сразу доходит, что он имеет в виду. По дурости вчера ему проболталась о том, что близости мне не хватает.
- Да ну тебя, - снимаю с турника., закрепленного рядом, полотенце и бросаю в Диму.
- Спасибо, - он забрасывает полотенце на плечо.
Наблюдаю за тем, как капелька пота стекает у него по виску. Смахнуть её хочется, или поцеловать. Всю ночь хотелось до него докоснуться. Волнует меня по прежнему сильно.
- Пошли, пока в душ схожу, ты нам с мелким завтрак приготовишь.
Хочу возразить Диме, по сути из вредности, но не успеваю. Он подхватывает меня, отрывая от пола и стремглав по лестнице наверх поднимается, закинув меня на плечо себе.
Ума приложить не могу откуда у него энергия после бессонной ночи берется, но выглядит Дима свежее меня, при том, что сейчас я получше себя чувствую – токсикоз почти прекратился.
Завтракаем с ним в тишине, только взглядами перекидываемся, сидя друг напротив друга.
- Жаль, что не попали в театр вчера. Надо было меня растормошить всё таки, - не выдерживаю первая.
