Если Уорлок настоит на своем, подумал он, ему придется вернуться во Францию в течение следующих шести месяцев. Он хотел бы помочь падению Республики, но за это ему наверняка пришлось бы поплатиться жизнью. Его обязательно разоблачили бы. Внезапно Саймон понял это с такой же ясностью, как знал то, что солнце скоро сядет, а луна — взойдет.
Но если его сыновья будут в безопасности, будет ли остальное настолько важным? Сможет ли он защитить их? Ведь их безопасность — единственное, что по-настоящему имеет значение.
Но если он не вернется, у мальчиков будет Амелия, которая обязательно присмотрит за ними.
Даже в этом ужасном мире нашлось для него нечто вроде маленького утешения.
— Мисс Грейстоун? Приехала ваша матушка. Она в вестибюле с миссис Мердок. Как я понимаю, подготовка к ужину идет полным ходом?
Амелия хлопотала на кухне в компании Джейн, ее тети Мэгги и Гарольда. Рукава Амелии были закатаны, на ней был надет все тот же передник, который она носила весь день. В этот самый момент Амелия как раз заглядывала в духовку, чтобы проверить состояние четырех запекающихся цесарок. Но при звуке голоса Ллойда сердце Амелии неистово подпрыгнуло, и она обернулась.
Амелия поймала себя на том, что невольно расплывается в широкой улыбке. Люсиль дома! Как же она скучала по малышке…
И разумеется, Амелия всегда была счастлива видеть маму.
Она стала снимать передник.
— Ужин будет подан через час, Ллойд. Надеюсь, путешествие было приятным?
Слуга прошел в глубь кухни.
— Очень приятным, — ответил он, приветствуя тетю Джейн.
Амелия собиралась лишь проконтролировать приготовление ужина для Гренвилла и мальчиков, но, сказать по правде, готовить она любила так же, как всегда с большим удовольствием заботилась о своей семье — вот и сейчас заботы о семье Гренвилла доставляли ей истинное наслаждение. Амелия знала, что не должна вмешиваться, но не удержалась и сказала Мэгги:
— Если вы смешаете соль, перец и тимьян с панировочными сухарями, фасолевая кассероль станет особенно вкусной.
Взглянув на нее, Мэгги ответила:
— Прекрасная идея, мисс Грейстоун.
Обрадовавшись тому, что Мэгги не стала с ней спорить, Амелия добавила:
— И возможно, нам стоит вынуть цесарок из духовки и дать им некоторое время остыть.
Она не хотела передерживать птицу в духовке. Амелия уже успела объяснить Мэгги, как сделать соус из коньяка и малины, подаваемый к дичи дополнительно.
Мэгги улыбнулась Амелии и приказала Гарольду вынуть цесарок.
— Я скоро вернусь, — на ходу бросила Амелия, не в силах унять бешено колотящееся сердце. Этого момента она с нетерпением ждала весь день. Она так сильно скучала по Люсиль, словно та была ее собственной дочерью…
Миссис Грейстоун с Гарреттом и миссис Мердок стояли в вестибюле, мамины глаза изумленно округлились при виде окружающей роскоши. Миссис Мердок держала на руках Люсиль. Уильям и Джон спустились вниз, чтобы поприветствовать их. Джон сгорал от нетерпения поделиться новостями с синьором Барелли, рассказать ему о предпринятой днем прогулке по Пикадилли, в то время как Уильям внимательно смотрел на свою сестру.
— Она улыбается мне? — спросил мальчик.
У Амелии упало сердце. Гренвилл исчез куда-то после полудня, и она решила, что гораздо важнее взять мальчиков на прогулку, чем продолжать налаживать быт. Они долго глазели на витрины, купили кое-какие сладости в кондитерской и посидели на скамейке в парке, наблюдая за элегантными прохожими. Амелия от души наслаждалась каждым мгновением, проведенным в компании мальчиков.
Ей стоит быть осмотрительнее, подумала Амелия, иначе она всем сердцем полюбит мальчиков и эту маленькую девочку. В конце концов, они не были ее детьми, она была для них лишь другом и экономкой. Амелия понимала, что расплата еще предстоит. И все-таки им с Гренвиллом стоило уже сейчас сесть и кое-что обговорить. Они еще не обсудили учебу мальчиков и другие их занятия, не поговорили о Люсиль и ее будущем.
— Мама! — радостно вскричала Амелия, бросившись к ней через всю комнату и крепко обняла ее. — Наконец-то ты здесь! Как прошла поездка?
— О, все прошло очень славно, Амелия, но, подумать только: неужели мы действительно остановимся здесь? — воскликнула мать, с восхищением рассматривая огромную хрустальную люстру.
— Да, — подтвердила, улыбнувшись, Амелия и перевела взгляд на Гарретта: — Комната мамы находится на втором этаже этого крыла. Желтая с белым.
Амелия не обсуждала с Гренвиллом условия их проживания, так что выбрала для мамы самую маленькую гостевую спальню в конце коридора, расположенную в восточном крыле. К этой комнате примыкала другая маленькая спальня, которую Амелия заняла сама. Эти спальни едва ли могли сравниться по роскоши обстановки с комнатой, которую ей выделили в самом начале, однако они были гораздо комфортнее, чем спальни в их собственном доме.
— Не могу дождаться, когда же увижу свою комнату! — взволнованно воскликнула миссис Грейстоун.
Сегодня она пребывала в ясном сознании, подумала Амелия, поворачиваясь к миссис Мердок:
— Как поживаете? Как малышка?
Миссис Мердок передала ей ребенка.
