Допустимость определяется с учетом требований ст. 75 УПК. К недопустимым относятся доказательства, полученные с нарушением требований УПК и не имеющие юридической силы — в частности, показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности. Такие показания не могут использоваться как доказательства, поэтому их ложность не может влечь ответственность по ст. 307 УК.
Более сложным является вопрос об относимости и связанной с ней существенности показаний для разрешения дела. Относимость показаний как доказательств определяется тем, входят ли они в предмет доказывания, а существенность — их значением, т. е. тем, насколько показания могут повлиять на вынесение решения органами расследования или судом. Отношение к существенности показаний как признаку состава ст. 307 УК породило вопрос о том, возможна ли «юридически безвредная ложь». М. X. Хабибуллин присоединяется к авторам, которые считают, что вообще нельзя говорить о безвредности лжи при рассмотрении дела в суде[543]. Иную позицию занимает Л. В. Лобанова: сообщаемые сведения должны касаться таких обстоятельств, которые имеют существенное значение для дела[544]. Оригинальную позицию высказал Ю. И. Кулешов: любая ложь, заявленная при расследовании или судебном разбирательстве, формально содержит признаки ст. 307 УК, однако в соответствии с ч. 2 ст. 14 УК сознательное искажение обстоятельств, не влияющих на принятие судом решения по делу, в силу малозначительности может быть признано не представляющим общественной опасности, а следовательно, непреступным, поскольку оно не затрагивает интересы правосудия[545].
По нашему мнению, в ст. 307 УК имеется в виду все же не любая ложь, а только такая, которая препятствует правильному разрешению дела. Если очевидец автоаварии правильно рассказывает о том, как все происходило, но сообщает неверные сведения о том, откуда он шел или куда направлялся, то эта информация безразлична для рассмотрения дела об автоаварии и поэтому не может расцениваться как дача заведомо ложных показаний в смысле ст. 307 УК. Причем в подобных случаях отсутствует не только общественная опасность, но и формальная противоправность, ибо вообще нет посягательства на интересы правосудия. О применении ч. 2 ст. 14 УК можно говорить в другой ситуации — когда свидетель дал в основном правдивые показания об основных обстоятельствах происшествия, но сказал неправду по поводу его деталей, которые не оказали существенное влияние на выводы по делу.
Ложные показания
Весьма спорным является вопрос о том, обязательно ли ложные показания представляют собой действие или же могут быть осуществлены также путем бездействия, т. е. когда свидетель или потерпевший умалчивают об известных им существенных обстоятельствах дела. Поскольку умолчание может быть способом отказа от дачи показаний (ст. 308 УК), то данный вопрос целесообразно рассмотреть дальше, при изложении признаков отказа и его отграничения от дачи ложных показаний.
По гражданским делам доказыванию подлежат любые фактические данные, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.
В ст. 307 УК, помимо ответственности свидетелей и потерпевших за ложные показания, предусмотрена также ответственность
В ст. 57 УПК эксперт определяется как лицо, обладающее специальными знаниями и назначенное в порядке, установленном УПК, для производства судебной экспертизы и дачи заключения. В соответствии со ст. 80 УПК доказательствами являются заключение эксперта, т. е. изложенные в письменном виде содержание исследования и выводы по вопросам, поставленным перед экспертом, и показания эксперта — сведения, сообщенные им на допросе, проведенном после получения его заключения, в целях уточнения или разъяснения данного заключения.
